Меню сайта

Форма входа

Поиск

Главная

Регистрация

Вход
Приветствую Вас Маггл | RSS


Скрытая под маской...


Пятница, 22 Сентябрь 2017, 09:04
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 4«1234»
Модератор форума: ada, Tailita 
Фанфики » Пейринг СС/ГГ » Фанфики » "Любовь невозможно обмануть"- ljnkzncv, СС/ГГ, Макси, не зак (СС/ГГ, Гет, Роман, Макси)
"Любовь невозможно обмануть"- ljnkzncv, СС/ГГ, Макси, не зак
adaДата: Суббота, 12 Январь 2008, 23:53 | Сообщение # 1
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Этот Фанфик Мой самый любимый! Хотя, он ещё не закончен, Я с нетерпением жду новых и новых глав! Автор - ljnkzncv ТЫ ПРОСТО НЕПОДРАЖАЕМА! applause С нетерпением жду проды!

Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Понедельник, 25 Февраль 2008, 22:27 | Сообщение # 11
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 7
Александрит* и роза

- Сегодня мы будем проходить заклинание позволяющее расширить помещение, - лепетал профессор Флитвик. – Это заклинание очень полезно, если вы собираетесь что-нибудь перевозить, поместить большое количество людей в маленькую комнатку или, возможно, закинуть всю старую мебель к себе на чердак.
Послышались смешки.
- Некоторые комнаты в Хогвартсе подвержены действию таких чар. Например, класс арифмантики и прорицания. Класс прорицания первоначально был предназначен для чердака, но профессор Трелони настояла на том, чтобы это помещение было оставлено для ее класса, - улыбаясь, продолжал профессор. – Так вот, заклинание «Обширности» состоит из двух частей: первая постоянная часть – continuare, которая выполняет преобразование предмета, а вторая часть – название того места, которое вы хотите расширить. Название должно быть произнесено на латинском языке, и очень чётко! Ошибётесь хоть в одной букве и вместо расширения получите обратный эффект.
- Полезное заклинаньеце, да Герми? Заколдовал так мусорный бачок, и не нужно выкидывать мусор, - весело, прошептал Рон.
- Словно, ты когда-нибудь это делал, - укоризненно прошептала в ответ Гермиона, опять поморщившись, услышав свое уменьшенное имя. – И, пожалуйста, Рон, не называй меня Герми или Миона – это унижает моё достоинство. Не люблю, когда меня так называют, - сердито буркнула девушка.
Рон прищурившись, обиженно отвёл взгляд. Девушка не чуть не расстроилась.
Гермиона была сегодня очень не в духе, потому что, утро у нее началось не самым лучшим образом.
Проснулась она от оглушительного грохота. Вскочив с кровати, девушка кинулась к окошку, за которым, ухая, теснилась целая стая сов. Гермиона открыла окно и в комнату, вместе с утренним холодком, ворвалось пернатое «стадо». Она насчитала около 17 сов. Староста школы, ошарашено и абсолютно не понимая в чём дело, присела на кровать.
«Что все эти совы здесь делают?»
Разбираться с этим кавардаком, Гермиона начала с одной из самых шумных гостей. Отвязав от лапки совы письмо и внушительной величины коробочку – ужасного розового цвета – девушка вскрыла конверт.
- Вот, чёрт, совсем забыла.
В письме оказалось поздравление с днем рождения.
Девушка еще раз обвела всех сов удивлённым взглядом и вздохнула, всё это было подарки на ее семнадцатилетие. Она принялась просматривать коробки. Прочитав несколько открыток и посмотрев «подарки», она поморщилась от отвращения. На душе вдруг стало так гадко.
«Они, что все издеваются?! Я никого из них не знаю. Неужели они думают, что я буду это носить?!».
Она злилась всё больше и больше. Все эти «подарки» были от парней, при том ни с кем из них она не разу даже не поздоровалась. Абсолютно незнакомые люди! Все эти, якобы, подарки были в какой-то степени дань принятия ее новой внешности. То, что они писали в открытках, подтверждало ее догадки: все они восхищались ее красотой, все они признавались в любви, и никто из них не видел или даже просто забыл Гермиону Грейнджер. Все их подарки, что составляло украшения и косметика, девушка безжалостно выкинула.
Сейчас на ее тумбочке в комнате, лежало только три подарка.
Гарри сделал ей чудесный подарок, Гермиона сразу подумала, что здесь не обошлось без Джинни. Девушку это нисколько не огорчило, она и сама-то не умела выбирать подарки. Гарри подарил ей тетрадь с толстыми корочками, в которую была вложена маленькая записка и открытка. В записке было сказано: «Чтобы никогда не чувствовать себя одинокой». Девушка поняла, что имел в виду друг. Он подарил ей тетрадь, для того, чтобы она могла вести в нем записи, общалась сама с собой. Возможно, кто-то посчитал бы это глупым и не нужным подарком, но Гермионе, как никогда, сейчас нужно было понимание самой себя, в чём дневник бесспорно прекрасный помощник. Читая открытку, Гермиона улыбнулась. Она не ошиблась, этот подарок он выбирал вместе с Джинни, так как внизу она увидела две подписи.
Рон подарил ей книгу по Чарам. Гермиона немного удивилась.
«Интересно сколько Гарри ему намекал, что мне интересны не только Зелья?»
Зелья Рон потенциально не переносил, а вот Чары любил.
Гермионе понравился подарок Уизли, книжка была действительно интересная и полезная. Еще Рон переслал ей сладости, которые прислала имениннице миссис Уизли.
Третий подарок был от родителей - тоже сладости.
Был еще и четвёртый подарок, принадлежащий Хагриду: очередные излюбленные полувеликаном кексы. Этот подарок девушка передала эльфам, которые приходили утром, чтобы разжечь камин и убраться. Гермиона не чувствовала вины за подобное отношение к другу, скорее она чувствовала вину по отношению к эльфам, если кто-нибудь из них рискнёт попробовать кексы.
Когда Гермиона очнулась от задумчивости, то заметила, что урок уже закончился.
- Прошу, серьёзно отнестись к этому заклинанию. Параграф третий, на следующем уроке будет практикум, - сказал профессор, когда ученики начали собираться.
Гермиона начала собираться книги. Боковым зрением она заметила, что Рон быстро закидав свои вещи в портфель, обогнув парту, подошёл к ней.
- Что-нибудь не так? – напряжённо, спросил он, поддерживая портфель девушке, пока та запихивала в сумку книги.
- Да нет, Рон, всё хорошо, - ответила, девушка, скрывая раздражение, за кроткой улыбкой. – Извини, что нагрубила.
«Раз уж он всё-таки интересуется, что у меня случилось… Возможно, вы не так безнадёжны мистер Уизли».
К ним подошёл Гарри.
- Ну, как именинница, отпразднуем в выходной в Хогсмиде? – спросил юноша.
Девушка искренне улыбнулась Гарри и кивнула.
- Тогда, всё классно, пойдёмте на Трансфигурацию, - согласился Поттер.
Рон взял сумку Гермионы, и троица пошла на выход из класса.
- Ну, как тебе мой подарок? – спросил Рон, ему явно натерпелось спросить это у девушки.
- Очень понравилось, спасибо, - искренне, поблагодарила Гермиона.
Вдруг девушка остановилась, она кое-что вспомнила.
- Мальчики, вы идите, мне нужно поговорить с профессором Флитвиком, - сообщила она, разворачиваясь.
Оба друга кивнули.
- Только не задерживайся, - тихо сказал Рон, и, подойдя к девушке, чмокнул ее в щёчку.
- Хорошо, - улыбнулась ему девушка.

* * *
Северус на удивление прибывал в хорошем расположения духа. Утро началось с ароматного зелёного чая. Всё-таки чай он любил больше чем чёрный кофе. Судьба послала ему относительно спокойную ночь, он выспался и теперь просто светился от переизбытка энергии, если можно так сказать.
По крайней мере, Северус был реалистом и знал, что хорошее долго не длится. И он не ошибся.
Первую пару зелий он вёл у пятого курса Ревинкло-Хафлпаф. Сидя у себя за столом и заполняя журнал, до его чуткого слуха донеслись шепотки. Он прислушался, и немного приподняв голову, посмотрел в ту сторону, из которой раздавался шум.
Двое мальчишек на последней парте увлечённо что-то обсуждали. Северус недовольно покачал головой, отворачиваясь. Поставив несколько пометок в журнале, он захлопнул его и поднялся. На лице появилась довольная ухмылочка, как у хищника в предвкушении долгожданной добычи. Так же как леопард на охоте он мягко, совсем не слышно направился к двум несчастным подросткам.
- Может, мистер Итон, вы поведаете нам, что такого интересного вы обсуждали с мистером Мертоном вместо того, чтобы читать текст учебника? - Северус сложил руки на груди и посмотрел на притихших мальчиков.
- Извините, сэр. Такого больше не повториться, - проговорил Томас Итон.
- И всё же мистер Итон, не хочу, чтобы меня совесть мучила, вдруг вы обсуждали объём концентрирующих составов к зелью забвения. Не хочу быть несправедливым, - растягивая слова, говорил профессор, на его губах появилась змеиная улыбка. – Расскажите, иначе Хафлпаф лишиться тридцати баллов.
Ученики зашипели на своего сокурсника. Их факультету и так достается на уроках Зельеделия, и тридцать очков довольно ощутимая цена
- Тихо, - прикрикнул на учеников профессор. – Занимайтесь своим делом или не только мистер Итон принесёт вам минусовые очки.
Все сразу уткнулись в свои котлы.
- Я жду, мистер Итон, - напомнил Северус.
Парень очень сильно нервничал, его щёки заалели, глаза он так и не поднял.
- Мы обсуждали, что можно подарить на день рождение одной девушке, - тихо-тихо проговорил парень.
- Ну, надо же, не думал, что мой урок настолько романтичен для подобных мыслей, - язвительно заметил мужчина. - Ну, так, что придумали?
«Да, забавно!»
Мальчик, кажется, был шокирован и напуган этим вопросом, что даже поднял испуганные глаза на учителя.
- Нет, не придумали, - выдавил парень.
Глаза профессора грозно блеснули, казалось, что этот взгляд способен прожечь дырку в мальчике, который опять опустил голову.
- Можно узнать имя этой девушке, из-за которой вы лишаетесь пятидесяти баллом? - удовлетворённо промурлыкал Северус, следя за тем, как отреагируют остальные хафлпавцы.
Казалось, что в класс залетела грозовая туча. Северус очень не завидовал парню, когда тот встретится с одноклассниками после урока. Но тот сам был виноват, мало того, что он не хочет учить, так он еще и разговаривает о чём-то на уроке.
- Кто же эта роковая особа, мистер Итон?
- Грейнджер из Гриффиндора, - ответил за друга Ред Мертон.
С лица Северуса исчезла улыбка.
«День Рождение? Сегодня? – закралась потерянная мысль. – Гермиона...?»
Сделав независимое и безразличное лицо, он сказал:
- Что ж тогда это в корне меняет дело. Вы оба отделаетесь только отработкой, а баллы я сниму с нее при встрече, за массовое помешательство глупеньких хафлпавцев. – Северус с удовольствием наблюдал, как вытягиваются лица двух мальчишек и их сокурсников.
Атмосфера в классе накалилась еще больше, только теперь весь гнев был направлен на профессора.
- Вернитесь к своей работе, - не обращая внимания на разъярённые взгляды, с безразличием, проговорил Северус, возвращаясь обратно к своему столу.
«День рождение… Семнадцать лет, хм, - хмыкнул он. – Но почему этих сопляков она интересует, она наверняка даже не знает их, - садясь за стол, он еще раз бросил короткий взгляд в сторону мальчишек. – Нет, никогда не видел, чтобы она с ними общалась. Да и с любым хафлпафцем тоже! Ах, тайные воздыхатели, - иронично подумал он, и его эта догадка задела. – Интересно раньше они ее не замечали, а тут даже рискнули разговаривать о ней на моём уроке. Тупые идиоты! – вдруг вспылил он, крепко сжимая перо, что оно переломилось пополам. – Глупые слепцы, раньше не видели какая она, а теперь, когда она так прекрасна заметили!»
Его очень разозлило такое отношение глупых студентов. Они видели в Гермионе только ее красоту, и больше ничего. Они как галки летели на то, что блестит.
«Чёртовы, молокососы, чего от них еще можно ждать, - разочаровано и сердито думал Мастер Зелий. – Никто из них не достоин ЕЁ. Кого же из них она могла полюбить?» - раздосадовано мужчина потёр переносицу.
Северус никогда не слушал сплетен, но часто слышал шушуканье учеников или даже преподавателей – любителей «повседневных» новостей – что Гермиона просто утопает в ухажёрах, начиная с Гриффиндора до Слизерина. Мужчина и сам часто видел, что девушка встречается с Роном Уизли, и даже однажды увидел, как они целуются, увидев это, он сразу же «ушел» (испарился!) в самый противоположный и дальний угол замка. Это делало ему очень больно, но всё же он продолжал держаться и не смел выплёскивать на нее свой гнев, во время их уроков.
Однажды, Северус увидел Гермиону в компании Драко Малфоя, что, честно говоря, его невероятно удивило. Малфой всёгда показывал отвращение к девушке, и называл ее «Грязнокровкой», а тут он шёл рядом с ней и довольно мило разговаривал. С того дня, как Северус увидел такую картину, его отношение к Драко изменилось, стало более прохладным.
«Гермиона Грейнджер – наша новая знаменитость, - уныло подумал он, вспоминая, что когда-то говорил то же самое Поттеру. – Девушка сумевшая поставить на колени Ужас Подземелий!» - Северус прикрыл глаза.

* * *
- Опять твой любимый урок, - съязвил Рон.
Гермиона скорчила ему рожицу. Они шли из Большого зала в Подземелья. Разговор с профессором Чар был удачным. Гермиона хотела, чтобы профессор рассказал ей о щите Хроноса, и он согласился. Девушка поздравила себя с маленькой победой.
«Раз уж Северус не хочет мне рассказать об этом заклинание, то я сама узнаю, - думала про себя девушка, и заметила, что назвала профессора по имени. – Красивое имя… Северус. Хм… очень ему подходит, - она даже не заметил, что улыбается.
Они шли по коридору подземелий, когда Гермиона решила задать Гарри, давно мучавший ее вопрос:
- Гарри, как твои уроки с директором?
- Пока ничего. Директор разрешил рассказать вам, чем мы с ним занимаемся, - сказал Гарри, и немного задумавшись, добавил. – Я расскажу вам, только не здесь и не сейчас. Может, соберёмся сегодня где-нибудь?
- Может, сходим сегодня к Хагриду, а по дороги ты нам всё расскажешь, - предложила девушка.
- Так и сделаем, - согласился юноша.
- А как твои успехи в окклюменции?
Гарри таинственно улыбнулся.
- Поразительно, но, кажется, за эти несколько уроков, я смог добиться того, что не смог за весь год со Снейпом, - гордо проговорил Гарри. – Дело ведь в том, что нужно доверять своему учителю, а Снейпу я не доверял и, тем более, люто ненавидел его, вот почему у нас ничего не получилось.
- Как можно этому монстру доверять? – негодовал Рон.
Гермиона предпочла не слышать этого.
- Многому Дамблдор научил тебя? – спросила она, пока Рон не проявил интерес к развитию темы: «Всё, что мы думаем о Сварливом гаде из Подземелий».
- Ну, сейчас мы пока на стадии «блока». Теперь, я могу поставить мощный блок, хотя не сразу. Для того чтобы делать это быстро, нужна практика и внутреннее спокойствие. Директор всё время мне об этом твердит. После того как он вернется, мы будем отрабатывать скорость, - довольно произнес юноша. – А у тебя как? Не слишком Снейп тебя достаёт?
Гермиона покосилась на «своего» парня. Рон насупившись, шёл молча, даже не пытаясь вставить какую-нибудь возмущенную реплику. Внутреннее «я» Гермионы, очень походящее на профессора Снейпа, ядовито оскалило зубки. Девушка даже не поняла, откуда такая слизеринская радость, но совесть ее нисколько не тревожила, потому она произнесла:
- Он тоже учит меня ставить блок. Пока я также не могу быстро это делать, но он говорит, что наклёвывается успех. Завтра мы продолжим тренировку.
- А тебе никогда не удавалось залезть в его мысли? - глаза Гарри мстительно блеснули.
- Нет, - досада слышалась в голосе девушки, ей так хотелось поскорее овладеть знанием окклюменции, что на не заметила двусмысленность вопроса Гарри.
- Ты попробуй, очень интересно узнать какой он на самом деле, - злорадно, проговорил Рон.
- Как я могу вмешиваться в чужую жизнь?
- Он же лезет в твои воспоминания! – возразил Рон.
- Он меня учит, - спокойно парировала Гермиона.
- Рон, профессор Дамблдор тоже смотрит мои воспоминания, без этого не обойтись, - попытался защитить подругу Гарри.
- Как хорошо, что у меня нет этой окклюменции, - бросил Уизли и, распахнув дверь в класс по зельям, скрылся за ней.
Гермиона почувствовала, как ее мягко берут под локоть. Через секунду она поняла, что это Гарри просит ее задержаться.
- Мне нужно с тобой поговорить, - тихо, сказал он.
- Что-то важное? – серьёзно, спросила девушка.
- Да. Мы можем завтра встретиться?
- Да, приходи ко мне.
Гарри кивнул, и они пошли в класс.
Из темноты коридора, со стороны слизеринской гостиной, послышался смешок.
- Всё же Грейнджер, ты меня удивляешь, - послышался тихий, досадливый голос Драко.

* * *
Северус неторопливо шёл вдоль берега озера. На улице стемнело, поверхность воды была чёрной и непоколебимой. С каждым днём погода становилась всё холоднее, по небу всё чаще пробегали свинцовые тучи, так же, как и сейчас. Запахнувшись поплотнее в свою мантию, он брёл дальше. Ветер бросал под ноги опавшие листья, целые сугробы листьев.
«Имею ли я права, что-нибудь подарить ей?» – думал он.
На эту тему он размышлял целый день. Бросая на девушку короткие взгляды во время урока, он только о том и думал, что может быть достойно её? Если бы она попросила его, он подарил бы ей всё, чтобы она только ни захотела. Вот здесь-то и вклинивается это проклятое «НО». А захотела ли бы она, что-то от него?
- Опять тяжёлые думы, мой мальчик? – раздался тихий голос у него за спиной.
Северус обернулся на голос. На холмике метрах в десяти от него стоял Альбус Дамблдор в походной мантии.
- Альбус, - Северус направился в сторону старика, искренне обрадованный возвращением директора. – Ну, как поездка? – спросил он, оглядывая старого мага.
- Очень удачна, - улыбнулся директор и вынул из кармана какой-то свёрток.
Северус с интересом посмотрел на свёрток. Когда директор покидал школу, он категорически отказался говорить Снейпу, за чем он идет. Оттого декана Слизерина на протяжении всей недели не покидали плохие предчувствия.
- Это одна из частей, - сказал профессор Дамблдор. – Я нейтрализовал ее.
Северус заметно напрягся. Внутри поднималось негодование и еще кое-что.
- Альбус это же опасно, - глаза Северуса блеснули. - Почему вы не взяли меня, уничтожение частей его души занимает много сил. Вы могли погибнуть! Вы посмотрите на себя, вы скоро со стула встать не сможете, чтобы сказать что-нибудь этим несмышлёным болванам!
Кажется, проявление ЗАБОТЫ со стороны Северуса Снейпа, ввело в краску даже Дамблдора. Старец, пытался сдержать радость оттого, что Северуса всё-таки «прорвало», а еще – смущение, оттого, что заставил мальчика волноваться.
Северус, кажется, понял, что произнёс мысли в слух, оттого покраснел и хотел уже извиниться, но не успел. Старый маг тоже заметил замешательство молодого коллеги. Подойдя к Грозному профессору, директор обнял его.
- Потому, я и не рассказал тебя, потому что знал, что ты непременно пошёл бы со мной. Сейчас школе, как никогда, нужен сильный руководитель и я не мог лишить ее его, - сказал старец.
Северус вздохнул, позволяя обнять себя.
- А как же Минерва, разве не она ваш приемник? – хмыкнул Северус, куда-то в складки мантии директора.
- Да, она будет отличным директором, но, Северус, она не воин, - проговорил старец, отстраняясь от смущенного профессора.
Директор улыбнулся Северусу, и как маленького ребёнка погладил по голове.
Для Грозы Подземелий подобная ласка была неожиданно, что мужчина к своему страху, так ужасно смутился.
- Ах, прости, Северус, - рассмеялся старый маг.
- Как хорошо, что я вас встретил именно здесь, иначе у студентов был бы сердечный приступ, - его голос звучал обиженно, но на губах играла редкая искренняя улыбка.
- Давай спишем это на твою роль хорошего шпиона, - предложил Дамблдор.
- Буду вам очень благодарен, - согласился мужчина.
- Пройдёмся.
Оба волшебника пошли вдоль берега.
- Так, где была эта часть? – спросил Мастер зелий.
- В одной из тибетских пещер, - ответил старый маг.
- Долго пришлось искать?
- Да нет. От силы неделю.
- Это довольно долго.
- Если бы этим занимался рядовой мракоборец, то сколько бы он не искал, ничего не нашёл бы.
- Не сомневаюсь, - согласился Северус, пытаясь как можно быстрее расслабиться и согнать с себя смущение, придающее его лицу нехарактерный оттенок.
- Как вы себя чувствуете? Может нам стоит пойти в замок?
- Благодарю, Северус, я хорошо себя чувствую, а завтра буду еще лучше. Не стоит беспокоиться, тебе и так хватает забот помимо меня, - Дамблдор загадочно улыбнулся.
Северус, недоумевая, посмотрел на директора.
- Студенты никогда не доставляли мне особых проблем, - проговорил он.
- Правда? Особенно мисс Грейнджер.
Северус замер на месте и посмотрел на директора.
- Откуда вы знаете? – занервничал профессор.
- Успокойся, мой мальчик, - улыбнулся ему Дамблдор. – Я не собираюсь ничем препятствовать вашим отношениям. Если память мне не изменяет, то сегодня она стала совершеннолетней, так что правила школы этого не запрещают. А то, откуда я узнал, тебе не кажется, что этот вопрос немного некорректен?
Северус отвел глаза и согласно кивнул.
- Я не знаю, что делать Альбус. Какие могут быть отношения между мной и ней. Я в два раза старше нее. Все студенты считают меня самым злобным существом после Волдеморта. Она даже не посмотрит в мою сторону, - сказал Северус, слова так и лились из него, так давно ему хотелось поговорить с кем-нибудь об этом.
- Северус не будь пессимистом. Тебе не нужно заботиться о том, что подумают о тебе все студенты, тебе ведь нужен только один из них. А ты ведь не знаешь, что она думает о тебе, - это был не вопрос, а совершенное утверждение.
Северус затая дыхание слушал старого мага.
- Неужели она смотрит на тебя с отвращением или призрением? – спросил Дамблдор. – Или может она что-то говорит о тебе плохое или спорит с тобой? Может, ты чувствуешь, что твоё общество доставляет ей неудобство?
Молодой профессор смотрел себе под ноги.
- Но, она встречается со стольким количеством народа, - хотел возразить Северус.
- Ты видел, чтобы она с кем-то встречалась?
- Нет.
- Тогда с чего ты взял?
- Она любит Рона Уизли, - совсем тихо проговорил профессор зелий, словно эта фраза решала всё.
К удивлению Мастера Зелий, директор рассмеялся.
- Вы же сами тогда мне сказали, - осипшим голосом проговорил Снейп, смотря на старшего мага.
- Я сказал тебе, что она влюблена, но я не говорил, что в мистера Уизли, - добро проговорил старец.
- Ну, так это понятно, что в него, я видел, как они целовались, - упрямо продолжал доказывать Северус, мимоходом отмечая, что сейчас очень похож на Гермиону, спорящую с ним на уроке.
- Этот невинный жест, ничего не значит, Северус. Ты должен смотреть глубже. И тем более ты же знаешь эти подростковые влюблённости, - сказал Дамблдор.
Северусу показалось, или Дамблдор отказывается от своих недавних слов.
- Вы думаете, что есть надежда, - с сомнением спросил мужчина.
- Если не попробуешь, не узнаешь. И я хочу сказать тебе одну вещь: Джеймс Поттер когда-то был не прав – ты хороший человек и ты без сомнений способен привлечь такую личность, как мисс Грейнджер.
- А моя репутация Ужаса Подземелий? Нет, Альбус такое невозможно. Кто я и кто она? У нее, наверное, и в мыслях нет, что я… - но он не смог договорить эту фразу, вслух никак.
Северус опять опустил глаза и пошёл вдоль берега. Директор следовал за ним.
- Я ей в отцы гожусь… - говорил он тихо, директор молчал. – Своими чувствами я только напугаю ее. Хотя не только чувствами, - в его голосе было столько печали, что Дамблдор не выдержал.
- Мальчик мой, откуда тебе знать, что она думает. Ты ведь знаешь ее, она не посмеется над тобой, она очень смышлёная девочка. Если она не ответит на твои чувства, - в чем директор очень сомневался, - то она достаточно разумна, чтобы достойно отнестись к тебе. Пусть это будет больно, но ты будешь знать.
- Я и так знаю, - пробурчал Северус, еще крепче запахиваясь в мантию. – Я реально оцениваю свои возможности, Альбус. У меня нет шансов, - категорично отрезал он.
- Сделай попытку.
- Зачем? – он знал, что это глупый вопрос, но тем не менее.
- Сделай, Северус, - уверенно проговорил Дамблдор.
При всём своём шпионском опыте, Северус уступал чувству самобичевания, потому он не слышал тех ноток, что прозвучали в голосе Альбуса Дамблдора.
Снейп посмотрел на старого мага.
«Возможно, стоит попробовать. А что я теряю? Всё теряю».
Северус неуверенно кивнул.
- Хорошо, я попробую…

* * *
Сразу после ужина, трое друзей отправились навестить своего большого друга.
Очутившись на природе, девушка сразу же почувствовала себя лучше. Ветер развевал ее пышные волосы, хоть он был прохладны, но всё равно приятным.
Спускались на опушку молча, чему Гермиона была только рада, она хотела насладиться вечером. Девушка предчувствовала, что этот прекрасный денёк, последний. Всё чаще небо нагромождалось тучами, а это отнюдь не радовало красавицу Гриффиндора.
- Ну, давай, друг, рассказывай, - сказал Рон.
- Дамблдор, показывает мне на уроках мысли из Омута памяти, - сразу начал Гарри. – Это воспоминания различных людей, которые помнили Волан-де Морта, как Тома Риддла.
- Зачем это надо? – непонимающе, спросил Рон.
- Директор говорит, что очень долго собирал все кусочки мозаики. Чтобы понять Темного Лорда, нужно начинать с самого начала. Таким образом, мы сможем найти его слабые места, - продолжал Гарри. – Директор показал мне, как Том поступил в Хогвартс, кем стал, и даже где работал после школы.
- Но ведь должно быть еще что-нибудь? – спросила Гермиона. – Вам ведь нужно найти не только слабые места, но и способ уничтожить его.
- Да ты права. Директор рассказал мне, Волан-де Морт кое-что сделал со своей душой. Он разделил ее на семь частей и привязал их к разным артефактам. Вот почему он не умер, когда смертельное проклятие отрикошетило в него в моем случае.
Гермиона была неприятно удивлена и испугана. Выходит в мире существует семь Волан-де Мортов. Когда думаешь, что хуже быть не может, становится еще хуже.
- Дамблдор называет их Крестражи – обереги душ.
- Но, как ему удалось разделить душу? – недоумевал Рон, тоже напуганный такими новостями.
- Для того чтобы создать Крестраж, должно совершиться убийство. А с этим у Тома всё нормально. А еще нужно очень хорошо знать Чёрную магию.
- Тогда, - задумчиво произнесла девушка, - ведь эти артефакты Тёмный Лорд не хранит в одном месте, следовательно, вот зачем Дамблдор покинул школу.
- Да, я тоже так думаю, - согласился Гарри. – Он наверняка ищет Крестражи.
Гермиона видела, как юноша заволновался.
- Не волнуйся, с ним всё будет в порядке, он сильный волшебник, - сказала девушка, смотря на парня.
- Это же Дамблдор, что с ним может случиться! – подбодрил Рон.
Гарри улыбнулся.
- Конечно, друзья мои.
Дальше шли, болтая о чем угодно, только бы это не касалось Волан-де Морта и всего с ним связанного – то есть о том понравились девушке подарки, которые ей подарили или нет. Больше всего эта тема интересовала Рона.

* * *
- Что это за зелье, в которое необходим этот безобидный цветок? – негодовала профессор Стебель.
Северу молчал, идя вслед за ней. Они шли по огромной садовой теплице, о которой ни каждый ученик Хогвартса знает.
- Любой подойдёт? – спросила женщина, бросая укоризненные взгляды на задумавшегося профессора.
- Мадам, могу я сам выбрать? – спросил Северус.
Профессор Стебель остановилась, удивлённо и с подозрением посмотрев на коллегу.
- Мне нужны определённые пропорции, - невозмутимо, добавил Северус.
Профессор Травологии всё равно не сводила с него подозрительно взгляда.
- Хорошо, но будьте аккуратнее, они не любят когда их тревожат. И с листочками тоже осторожнее, не оборвите.
Северус приподнял одну бровь, многозначительно смотря на женщину.
- Все ваши растения будут в полном порядке, - холодно, заметил он.
Профессор еще раз недовольно посмотрела на зельевара и, всучив ему в руки секатор, удалилась, бурча себе что-то под нос.
Северусу было абсолютно всё равно. Он направился дальше вдоль дорожки. С обеих сторон его окружали различные растения, от маленьких сорняков, трав до достаточно высоких деревьев, которые неприятно затрещали, когда он проходил мимо. Мужчина дошёл до двери в следующее помещение, открыв деревянную дверь, он вошел в нее.
Северус оказался в удивительном месте, словно из темного леса вышел на солнечный луг. Вокруг было рассеяно множество различных и самых прекрасных цветов. Конечно, он повидал много растений, но эти цветы, были просто что-то. Полюбовавшись немного, он отправился к одному единственному растению, которое выделялось из соцветий сада.
Подойдя к сплетенному кусту роз, он остановился. Цвета были разные и все были просто великолепны. Осматривая куст, он наткнулся на один единственный цветок не похожий на всех остальных представителей его рода.
Осторожно прикоснувшись к бутону алой розы, он улыбнулся своим мыслям.
Срезав цветок, он направился к выходу их зала. Северус нашёл, что искал и теперь все остальные цветы, не шли ни в какое сравнение с тем, что он аккуратно нёс в руке. Вернув секатор профессору Стебель, он вернулся к себе в апартаменты.
Оказавшись у себя в кабинете, он, достав маленький ножичек для вскрывания конвертов, и принялся срезать шипы с цветка. Никогда в жизни ему не приходилось что-то дарить женщине. Оттого, наверное, сейчас в нем бушевало сразу несколько противоречивых чувств: радость, что он решился на такой шаг; неуверенность, что она примет его подарок; страх непонятный ему самому, но, наверное, он боялся, что она догадается от кого этот подарок и отвергнет его. Всё это заставляло его сердце прерывисто биться, с силой ударяясь о стенки грудной клетки.
Если бы не директор, Северус не знал, решился бы он на подобный жест или нет.
«Альбус, одобрил мои действия – это очень странно, - нахмурившись, думал мужчина, заканчивая работу над алым чудом. – И он отказался от своих слов, что она влюблена в кого-то. Или он специально это сказал?»
Странно, что двойной шпион сейчас не может понять прямых намёков директора. В отношении себя Северус проявлял просто колоссальную слепоту.
Убрав миниатюрный кинжальчик, Грозный профессор положил розу на свой стол и поднялся с места. Он направился в свою спальню. Подойдя к тумбочке около кровати, Северус отодвинул ящик. В нем лежала маленькая резная шкатулочка. Её-то мужчина и достал. Задвинув шкафчик, профессор вернулся обратно в свой кабинет.
Сев за свой стол Северус судорожно вздохнул, то, что он собирался подарить, было дорого ему, но он не знал, что еще может быть достойно ее, как ни эта вещь. Открыв крышечку шкатулки, он опять улыбнулся.

* * *
Оказавшись, наконец-то, в своей комнате, девушка сразу же направилась в ванную. Ей было необходимо снять напряжение. Лежа в тёплой воде, она пыталась разложить всю «новую» информацию по полочкам.
Сегодня вечером, перед тем, как пойти к Хагриду, она заходила в квартиру, чтобы положить портфель. Тогда она выкинула в мусор, не открывая, еще 20 «подарков». Она могла бы не впускать надоедливых сов, но боялась, что те разобьют окно, но не улетят.
Сейчас, когда раздражение, негодования и все повседневные проблемы, уже отошли на второй план, в голову девушке закралась одна интересная мысль:
«Интересно он знает, что у меня сегодня день рождение? - девушка почувствовала, как внутри поднимаются чувства разочарования и досады. – Даже если бы и знал, то наврятли бы решился».
Понежившись в расслабляющей водичке, еще пол часика, девушка таки выбралась и начала вытираться. Тщательно вытерев волосы, она накинула халат и вышла в спальню.
ХЛОП.
Девушка вздрогнула от неожиданности. Взмахнув палочкой, она зажгла факелы.
«Домовик, что он тут делал?»
Она с поднятой палочкой осмотрела комнату.
Обычно, эльфы-домовики приходят рано утром, чтобы никто их не видел или когда их позовут. Но она не звала никого.
«Если он что-то хотел, то почему не остался?» - думала девушка.
Вот тут-то ее взгляд и наткнулся на что-то лежащее на кровати. Девушка осторожно приблизилась к своей кровати и ахнула. Гермиона не могла поверить своим глазам. На покрывале лежала алая роза и маленькая темно-синяя бархатная коробочка. Девушка осторожно присела на краешек кровати и протянула руку к цветку.
Роза была так прекрасна, Гермиона поднесла её к носу. Тонкий почти неуловимый аромат пощекотал ее ноздри. Она прикоснулась к бутону щекой, он был бархатным и прохладным, девушка улыбнулась. Посмотрев на коробочку, глаза девушки заблестели. Она точно знала, кто может так оригинально поздравить ее. Откинув бархатную крышечку коробочки, девушка пришла в изумление. В ней лежал камушек, вделанный в тонкую серебреную оправу. Гермиона взяла его и вытащила из коробочки, за ним потянулась серебряная цепочка. Поднеся камень к свету, тот запылал алым цветом. Возможно, девушке и не нравился цвет крови, но этот камень она посчитала исключением, потому что он не вызывал тех ассоциаций, что все оттенки этого цвета. Смотря на него, девушке представлялось пылающее сердце.

* Александрит – минерал, вид хризоберилла, драгоценный камень, зелёный при дневном свете, красный при искусственном освещении.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Воскресенье, 02 Март 2008, 20:21 | Сообщение # 12
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 8
Напряжение

Настроение с утра было просто великолепное, несмотря на то, что за окошком бушевала стихия. Хорошие осенние денечки прошли бесследно, уступив место близившейся зиме. Всё небо застилали грозовые тучи, моросил дождь.
Девушка сладко потянулась на пастели, довольно улыбаясь своим ранним мыслям, и даже не удивилась, что ее мысли связаны с одним хмурым обитателем замка. Гермиона села на кровати. Из-под воротничка ночнушки, которую она ради разнообразия решила надеть на ночь, выскользнул алый камушек и повис на цепочке.
Гермиона еще раз улыбнулась, ее глаза радостно заблестели. Она взяла камушек и заправила его обратно под рубашку. На прикроватной тумбочке стояла вазочка, в которой благоухала роза.
Еще вчера девушка не могла поверить, что Снейп решиться на такой шаг, но он сделал это. Это просто невероятно. Его подарок поразил Гермиону, она была удивлена и напугана. Значит, он не хочет быть просто наблюдателем.
Но на место страха пришло чувство успокоение и душевного тепла. Она верила, что он не причинит ей боли, она знала это. Тем более ей самой хотелось, чтобы он был не только наблюдателем… Она чувствовала, как внутри нее зарождалось неведомое прежде желание. Желание быть с кем-то рядом, с тем, кто тебя поймёт и поддержит, кто подарить тебе своё тепло. Профессор, когда она с ним разговаривает на уроках, понимает ход ее мыслей. Она видела, как иногда он даже удивляется ее словам. Он поддерживал ее в рассуждениях и сам говорил свою точку зрения, и она соглашалась с ним. Теперь она знала, что он не чувствует разочарования разговаривая с ней. Ей легко удается поддерживать с ним разговор. Возможно, никто, кроме нее и, наверное, директора, не видел такого Северуса Снейпа.
Они были очень схожи в интересах. Он был очень интересен ей, во всех смыслах слова, и он был очень похож на нее.
Физически Гермиона никогда не была одинока, а вот духовно очень часто. Ей не к кому было обратиться с этой проблемой. Родители? Нет, она не могла поговорить с матерью, слишком они различались складом ума и интересами. Тоже самое и с отцом. Здесь в Хогвартсе Гермиона видела своего понимающего друга только в книге. Да, у неё были друзья, ну и что? Гарри великолепный и самый настоящий друг. Рон тоже, только он не знает, чего хочет. Тем не менее, никто из них не способен понять Гермиону Грейнджер. Потому Гермиона предпочитала общество фолианта, нежели вечер в шумной гулянке с друзьями.
И теперь зная то, что к ней проявил интерес такой человек, как Северус Снейп, она не могла остаться спокойной. Невероятно, но мысли о нем, заставляли ее улыбаться, а сердце быстро биться. Она вспоминала его улыбку, его задумчивые взгляды или морщинку, появляющуюся, когда он хмурится. Его глаза, его невероятно глубокие глаза были так прекрасны и притягательны. А его движения, в них было столько изящества и силы.
Гермиона поймала себя на мысли, что восхищается ИМ. И она нисколько не удивилась, не испугалась, это наоборот придавало ей своеобразную силу, и она продолжала думать о нем.
«Почему раньше я никогда не замечала его необычности? Почему никогда не видела всех этих черт? Что по сравнению с НИМ другие? Ничто, для меня теперь ничто… - думала она. – Почему я чувствую, что он любит меня, почему я это ощущаю? Почему все остальные подарки с пылкими признаниями в любви, не открывают во мне таких убеждений? Почему все они кажутся мне фальшивыми и отвратительными, обидными, а его подарок нет? Почему мне кажется, что этот камушек кусочек его сердца? – девушка приложила руку к месту, где под сорочкой находился камушек, прижимая его к коже. – Почему я чувствую, как бьётся этот камень? – Гермиона прикрыла глаза и представила Северуса. – Думает ли он обо мне сейчас? Интересно ли ему, понравился его подарок мне или нет? Волнуется ли он или полностью хладнокровен? Я хочу увидеть его… Хочу узнать что он думает обо мне, что чувствует? – она открыла глаза и посмотрела в серое окно. – Тогда он спросит, что я чувствую. И что тогда я ему отвечу? Я знаю, что он мне нравится, но я не знаю, люблю ли его. Нужно время… Мне нужно время и, я знаю, что, он даст мне его».
Будильник на тумбочке запищал, и Гермиона нашарив под кроватью тапочки, пошла в ванную. Умывшись, она вышла обратно в свою комнату.
- Живоглот! – воскликнула девушка, заметив кота на подоконнике. – Где ты пропадал всё это время? – она подошла к коту и взяла его на руки.
Зверёк посмотрел на хозяйку презрительным взглядом.
- Ну, сделай мордочку попроще, Глотик, - весело улыбнулась ему девушка, сажая его на свой письменный стол и почесывая за ушком. – Хорошо погулял? Что-то часто, ты, пропадаешь, неужели девушку завёл? – кот высокомерно отвернулся. – С тобой всё понятно, - хмыкнула девушка. – Хочешь чего-нибудь? – прозвучало заветное слово, и всё высокомерие кота поменялось на щенячьи глазки (у кота!) и умирающее «мяу». – Ну, пойдем, - сказала девушка. Кота сдуло на кухню.
«Что для счастья надо», - хмыкнула девушка.
В дверь кто-то постучал. Девушка обернулась на стук. Время было еще совсем раннее, кто еще заводит будильник на шесть утра?
Запахнув синий халат поплотнее, девушка открыла дверь.
- Гарри?
- Извини, я тебя разбудил?
- Да, нет, проходи, - удивлённо проговорила Гермиона, впуская парня. - Не думала, что ты захочешь поговорить так рано.
Юноша вошёл в комнату, девушка закрыла за ним дверь.
- Хочешь чая? – доброжелательно спросила она, она могла предположить, что парня всю ночь мучили кошмары, оттого он так рано пришёл к ней. Но спрашивать она не стала.
- А у тебя здесь здорово, - заметил парень оглядываясь.
- Спасибо. Ну, так будешь чай?
- Да, немного.
- Тогда пойдём на кухню.
- У тебя здесь и кухня? – удивлённо спросил Гарри.
Девушка лишь усмехнулась и вышла в соседнюю дверь. Парень следовал за ней.
- О чем ты хотел поговорить? – спросила Гермиона, подогревая чай волшебной палочкой.
- Тогда, когда я рассказывал вам о Крестражах, я не всё рассказал, - запинаясь, начал Гарри, ему явно было трудно об этом рассказывать. – Я точно знал, за чем отправился Дамблдор, он сам мне сказал.
Девушка внимательно слушала.
- Вчера я видел директора, он уничтожил одну из частей. Теперь осталось только четыре, не считая самого Волан-де Морта, - сказал Гарри.
- Четыре, но это значит…
- Да, еще один уже был уничтожен… Уничтожен мной, еще на втором курсе.
- Тайная комната? – догадалась девушка.
- Да. То воспоминание из дневника и было одной из частей его души.
- Как всё это ужасно, Гарри, - сказала Гермиона, пытаясь подавить дрожь.
- Я знаю. Думаю, Дамблдор часто будет отлучаться из школы, чтобы искать оставшиеся Крестражи, - заметил Гарри.
- А он уже знает, где могут находиться остальные? – спросила девушка, присаживаясь на табурет у стола.
- Не знаю, но, наверное, он хотя бы имеет представление, - пожал плечами Гарри.
- Хорошо бы.
Гермиона очень нервничала, такая информация, просто шокировала.
- Гермиона.
- Да, - сразу же откликнулась девушка.
- Я не только по этому поводу пришёл поговорить, - осторожно начал юноша.
- Я слушаю, - немного дезориентированная новой информацией, Гермиона не сразу сообразила.
- Я хотел поговорить с тобой об одном учителе, - намекнул Гарри.
Гермиона замерла, смотря прямо в глаза другу, который как ни в чём небывало, смотрел на нее. Девушка сама не заметила, как ее рука лежащая около чайника дёрнулась и прикоснулась к горячему металлу.
- Ай! – вскрикнула она, засовывая палец в рот.
Гарри подошёл к ней и сказал:
- Дай посмотрю.
Она протянула палец. Парень оглядел ожог и хмыкнул.
- Ничего страшно, - он полез в карман своей мантии и достал небольшой флакончик, - вот помажь. Отлично помогает. Мне мадам Помфри дала, как самому преданному почитателю больничного крыла.
Гермиона тоже хмыкнула и взяла баночку, отвернув крышку, намазала ожог.
- Оставь себе, у меня еще есть.
После чего повисло молчание. Гермиона вздохнула.
Парень молча смотрел на нее выжидающим взглядом.
- А о чем здесь можно говорить? – замялась девушка, опуская глаза.
«Сказать, то можно много. Да вот только как?»
- Знаешь, чему я научился, живя с Дурслями? Я научился не судить людей за их предпочтения: ты можешь иметь новую и красивую машину, а можешь ездить на старой, только потому, что она тебе нравится, и никто не в праве осуждать тебя за это.
Гермиона посмотрела на парня, он понимающе улыбнулся ей.
- Теперь я понимаю, почему Джинни полюбила тебя, - в ответ улыбнулась девушка.
Юноша покраснел. Девушка рассмеялась.
- Вот значит, как, мою личную жизнь мы обсуждаем, а ваша мистер Поттер заставляет вас краснеть, - притворно строго, проговорила девушка.
- Значит я прав? – допытывался парень.
- А как иначе, - хмыкнула девушка, разливая чай по чашкам и подавая одну Гарри. – Что ты хочешь знать, пока я добрая?
- Ты знаешь, почему Снейп так ведет себя?
Гермиона была благодарна юноше, что тот не прибегает к прозвищам профессора.
Девушка чувствовала признательность парню за то, что он такой понимающий. За это она всегда уважала его и любила, он просто невероятный друг. Староста еще раз тяжело вздохнула и начала говорить:
- Я думаю, он любит меня, Гарри. Это не просто догадки, это факт. Я даже с директором разговаривала, и тот подтвердил.
Она наблюдала за реакцией Поттера, точнее за полным ее отсутствием.
- Тебя это не удивляет? – сама девушка очень удивилась спокойствию друга.
- Удивляет, - согласился парень, - но не слишком. Видишь ли, я еще с прошлого года заметил, как он посматривает в твою сторону. Сначала я думал, что это у него привычка такая – подозрительно коситься на всех. Но нет, со временем, я стал замечать в его взгляде, то, что прежде не видел. Я много повидал его взглядов, но этот был совсем новым и человечным. Тогда я не понял в чём тут дело, но сейчас уверен – он по уши влюблён в тебя. Это невероятно, но это факт, который я не решился бы доказывать никому, потому что меня сочтут сумасшедшим.
Оба улыбнулись.
- Твоё одобрение, Гарри, стоит многого, - девушка была просто счастлива.
Парень хмыкнул.
- Как он ведет себя с тобой на индивидуальных занятиях? Он не давит на тебя? – лицо парня приняло немного озабоченный вид.
- О, нет, - поспешила переубедить друга Гермиона. – Он очень сдержан. Он даже не видит, что я замечаю все его изменения, он пытается скрыть от меня свои чувства, - девушка весело хихикнула, - но пока это ему с трудом удается. Я ничем не показываю, что замечаю его переменившееся отношение ко мне.– Она опять хихикнула, но потом с мечтательной улыбкой посмотрела на свой остывающий чай. – Даже пытаясь скрыть от меня чувства, он очень мил со мной, обходителен. Он не позволяет себе прикасаться ко мне, даже не задевает при наших общих работах по зельям, - так легко и хорошо было рассказать всё это, особенно Гарри, он был отличным слушателем. – Поверь мне, Гарри, он не такой, как на уроках. Просто ему одиноко среди людей. Не обижайся на меня, пожалуйста, Гарри, но отчасти, здесь виноваты Мародёры. Это они шпыняли его во время его учёбы, вот почему у него выработалось такое отвращение к людям. Но это только часть проблемы. Он одинок в духовном плане, и в этом я его очень даже понимаю. Северус очень умный, даже гениальный человек. Ты представляешь, он практически разработал зелье против укуса оборотня! – девушке очень хотелось убедить парня.
А Гарри стоял и спокойно отпивал из чашки, немного улыбаясь и слушая чувственную речь девушки. В этот момент он очень четко видел, что изменилось в его подруге, а точнее, что произошло с ней. Он еще шире улыбнулся своим мыслям.

***
Северус лежал на кровати, подложив руки под голову. Вот уже несколько минут он бессмысленно смотрел в потолок и думал о Гермионе.
«Поняла ли кто? Приняла ли?»
Эти вопросы мучили его еще вчера, как только он приказал эльфу отнести подарок.
Прекращая бессмысленную деятельность, он поднялся к кровати и пошёл в ванную, но не дошёл даже до двери. Левое предплечье пронзило жгучей болью. Закатав рукав рубашки, Северус стиснул покрепче зубы от боли и нарастающего напряжения. Чёрная метка горела на его коже.
«Черт! Он никогда не вызывает меня в учебные дни! Что-то произошло?!» - он кинулся одеваться.
Надевая мантию, он достал плащ Пожирателя Смерти, запрятанный в недрах шкафа. Подскочив к камину, он быстро кинул туда щепотку летучего порошка и позвал:
- Альбус!
Через несколько минут в камине появилась голова Альбуса Дамблдора.
- Северус, - произнес директор.
- Альбус, он вызывает меня, - проговорил Северус, открывая настенный шкафчик и доставая оттуда несколько склянок с зельями. – Он никогда не вызывал меня так рано.
- Успокойся, Северус, он наверняка хочет дать тебе какое-нибудь задание, - проговорил Дамблдор.
- Я очень надеюсь на это. В худшем случае он опять хочет проверить мою верность, - холодно проговорил мужчина.
- Пожалуйста, будь осторожен, если что, непременно воспользуйся порталом, который я тебе дал, - обеспокоено, но твердо проговорил директор.
- Да, Альбус, я знаю, - в спешке проговорил Северус, накидывая на плечи мантию Пожирателя и надевая маску.
- Удачи тебе, мальчик.
- Акцио канделябр, - приказал Северус.
Из шкафа, из которого он доставал зелья к нему в руку прыгнул золоченый предмет. Коснувшись предмета рукой, мужчина исчез.
Директор тяжело вздохнул и тоже ушел, зеленый огонь в камине погас. По комнате разлилась оглушительная тишина, бесформенная пустота и пронизывающий холод.

***
Северус стоял в затемненной комнате, вокруг никого не было, кроме Тёмного Лорда, стоящего у окна. Снейп, сняв маску, приклонил колено и склонил голову.
- Мой Лорд, чем я могу быть полезен? - услужливо сказал Северус.
Волан-де Морт отвернулся от окна, вставая к мужчине вполоборота. Мастер Зелий исподлобья наблюдал за «хозяином», за его настроением и движениями, чтобы понять заранее, на что настроен Лорд, и изо всех сил пытался вымести из головы посторонние мысли – это удалось ему без проблем.
- Надеюсь, ты сделал всё так, чтобы Дамблдор не заметил твоего отсутствия? – змееподобное лицо повернулось и посмотрело на Снейпа. Северус вздрогнул, но сразу же сделал невозмутимое лицо.
- Конечно, мой Лорд, - покорно проговорил он.
- Сегодня я хочу, чтобы ты помог мне с одним зельем, - тихий голос Волан-де Морта, заставлял всё внутри содрогаться. - Трансформационное зелье для оборотней, ты ведь занимался чем-то подобным?
- Да, милорд.
- Сегодня ты сваришь мне состав с обратным эффектом. Я хочу, чтобы оборотни могли обращаться в зверя без луны. Это зелье ведь не займёт много времени?
- Если имеются все ингредиенты…
- Северус, - насмешливый холодный тон, заставил Снейпа пожалеть о том, что он произнес.
- Часов шесть-семь, милорд, - поспешил исправиться профессор, сердце делало большие, но размеренные периоды между неуверенными ударами.
- Замечательно, - Тёмный Лорд сделал несколько шагов в сторону Северуса. – После того, как ты закончишь, мы с тобой поговорим о том, что сейчас происходит в замке, а так же о твоей причине не сообщать мне, что ты обучал Поттера окклюменции.
Сердце Северуса, казалось, совсем остановилось, а в лёгких образовался вакуум. Но ответил мужчина ровным и спокойным голосом:
- Да, мой Лорд.
Темный Лорд очень пристально наблюдал за своим слугой. Профессор продолжал смотреть на «хозяина». Красные глаза впились в тёмные. Северус почувствовал проникновение в своё сознание и выдавал заранее подготовленные картины. Было чрезвычайно неприятно и больно терпеть подобное, тем более, когда это делает Волдеморт – очень резко и болезненно, тем самым, заставляя свою жертву выдать все свои тайны. Снейп не в первый раз сталкивается с таким обращением, он привык к боли, и потому, не задумываясь и не колеблясь ни минуты, в совершенном бесстрашии обманывал самого могущественного Тёмного мага.
Несколько долгих минут продлился контакт, после чего Темный Лорд удовлетворённо усмехнулся и отвернулся от слуги.
- Что ж, Северус, думаю, нам стоит начать, не хочу, чтобы старик заподозрил тебя, - сообщил тот.
- Да, милорд, - ответил Северус.
Глаза неприятно жгло, словно он не спал всю ночь – результат ментального вторжения.
- Поднимись, пойдём, - приказал Лорд, и направился к двери.
Северус поднялся и покорно пошёл за хозяином.

***
Гермиона и Гарри вышли из ее комнаты и направились на завтрак. Всё утро они проговорили, и настроение у обоих было просто великолепное. Выходя из-за портрета Полной Дамы, их окликнул Рон:
- Гарри, ты, где был? Я не видел, как ты уходил из спальни, - парень подошёл к друзьям.
- Я решил прогуляться, Рон, - соврал Гарри, порадовавшись тому, что друг не видел, откуда он выходил. – А потом вот встретил Гермиону.
Гермиона тоже молчала, но ее лицо было абсолютно спокойное. Сегодня утром Гарри спросил ее, что она собирается делать с Роном.
- Я не знаю. Пока я ничего не собираюсь делать. Сначала я разберусь со Снейпом, а потом с Роном, - был ответ девушки.
Сейчас она задумчиво смотрела на парня. Рон явно был в приподнятом настроении.
- С добрым утром, зайка, - протянул Рон, приближаясь к гриффиндорке и обнимая ее за талию.
Гарри кашлянул.
- Нам всё-таки стоит спуститься на завтрак.
Гермиона была очень благодарна другу. Троица отправилась в Большой Зал.
Потолок в зале был просто невероятно тёмен, что над столами левитировали свечи, освещавшие зал, как это бывает вечером. Как же вчера была права Гермиона насчёт смены погоды. Разбушевавшаяся стихия одним своим видом наводила апатию на учеников.
Ребята уселись на свои привычные места. Гарри сразу же отвернулся к Джинни, чтобы пожелать ей доброго дня и просто поговорить. Рон хмуро оглядывал свинец над головой и молчал, чему девушка была только рада. Она перевела взгляд на профессорский стол.
«Где же он?» - немного печально подумала она, ей так хотелось увидеть его.
Потом взгляд девушки наткнулся на смотрящего в ее сторону директора. Сначала она подумала, что он смотрит на Гарри, но нет, старец кивнул ей в знак приветствия. Она тоже хотела поприветствовать его, когда заметила, что Дамблдор кивает в сторону левостоящего кресла, где обычно сидит Снейп. Гермиона замерла. Директор опять посмотрел на нее, его глаза печально блеснули, и он покачал головой.
Глаза Гермионы распахнулись от ужаса, сердце замерло.
«Нет, нет, боже мой… Господи, только не это», - всё внутри заметалось.
Она опять посмотрела на директора, который не сводил с нее глаз. Он видел в ее глазах немой вопрос, потому попытался успокаивающе кивнуть ей. Потом профессор поднялся с места, привлекая внимание учеников.
- Надеюсь, непогода ничуть не повлияла на ваше настроение, - проговорил профессор Дамблдор. – Хочу сообщить вам, что уроки по Зельеварению и ЗОТС сегодня проходить не будут, потому деканы ваших факультетов возьмут вас на свои уроки, а курс Слизерина следует расписанию Гриффиндора. Желаю приятного дня. – Старец обвёл студентов взглядом, развернулся и покинул зал.
- Вот здорово! – воскликнул Рон, и его поддержал, чуть ли не все Гриффиндорцы.
Гермиона не хотела ничего слышать, она быстро поднялась и вышла из зала.
- Эй, Гермиона ты куда?
Но она не слышала весёлого голоса Рона, так же, как и не видела взволнованного взгляда Гарри. Миновав большие двери зала, она кинулась наверх, в свою спальню, ей нужно было привести мысли и чувства в порядок.
Через пять минут она уже сидела на кровати и невидяще смотрела перед собой. Она боялась, безумно боялась, что ЕМУ угрожает опасность. В голове, словно, завели огромный будильник, который невероятно громко тикал, отдаваясь болью, сердце очень сильно билось, руки похолодели, но не как раньше, это был неприятный холод, они начали мелко дрожать. Если бы она видела себя в зеркало, то увидела бы насколько была бледна. Никогда в жизни она так не боялась. Она не заметила, как начала метаться по комнате, с силой сжимая кулаки, так, что ногти врезались в кожу. Но она не чувствовала боли.
«А вдруг он больше не вернётся!? – чуть ли не со слезами на глазах, думала девушка. – Вдруг Волдеморт раскрыл его? Ведь не спроста Тёмный Лорд вызвал его, рискуя разоблачить своего шпиона. Либо что-то очень важное ему понадобилось, либо он выяснил, что Северус двойной агент, - в отчаянии она закусила губу и зажмурила глаза, стоя посередине комнаты. Ей хотелось закричать, но она молчала, она хотела заплакать, но не смела делать этого. - Он просто обязан вернуться. ОБЯЗАН».
И вот тут-то она и поймала себя. Тут-то она увидела то, что не замечала.
Она опустилась на пол, открыла глаза и уставилась в никуда. Девушка откинула чёлку с глаз. Зрачки немного сузились, молот перестал сотрясать грудную клетку, дыхание выровнялось. Она слабо улыбнулась, смотря на огонь в камине.
«Теперь я могу спросить его о чувствах, и могу ответить на его вопрос», - немного рассеянно подумала девушка.
- Пожалуйста, вернись, - по ее щеку пробежала влажная дорожка.

***
- Гермиона! Гермиона, открой! – кричал Гарри, барабаня в дверь девушки. Позади него стоял Рон, безучастно пялясь куда-то в сторону гостиной Гриффиндора.
Уже несколько минут Гарри пытается прорваться в комнату Гермионы, она не пришла на Трансфигурацию, которой заменили ЗОТС. Гарри еще на завтраке понял, почему она так поспешно ушла. Он хотел побежать за ней, но остался, чтобы такой глупости не сделал Рон. Рон мог сделать ей только хуже, со своими расспросами и укорами. Гарри убеждал друга, что она просто заболела, но Рон не верил.
- Гарри, я не дурак, - кипятился Уизли, крепко сжимая чайную ложку так, что та погнулась. – Я видел ее лицо. Её больше волнует этот гад, чем я! Какого чёрта, я ей не угодил!? Почему она переживает и боится за него. Она не может его любить. Это же мерзко, неправильно, отвратительно! – морщился от отвращения парень. – Он наверняка совращает ее на этих их индивидуальных занятиях, а нам она ничего говорить не хочет, потому что боится его, - в его голосе звучала такое презрение.
- Ты параноик, Рон, - ответил Гарри.
- Может Снейп и отвратителен, но он никогда не позволил бы себе дотронуться до студента. Даже я это поняла, Рон, - вставила Джинни, хмуро смотря на брата.
- Нет, я уверен, он что-то сделал с ней. Может, любовным зельем напоил. Да, точно! – его глаза победно заблестели. – Но это ему просто так с рук не сойдёт. Какое он имеет право!
- Рон, перестань! – не выдержал Гарри. – Ничем он её не напоил.
- Да, тогда почему же она так ведет себя? - прошипел Рон. – Я давно заметил, она всегда защищает его, только из-за него мы и ругаемся. Может, она спит с ним и боится нам рассказать.
Гарри смотрел на своего друга, словно, видел его в первый раз.
- Знаешь, что, Рон, Гермиона видит тебя насквозь, она умнее, чем мы все вместе взятые, и мудрее настолько же. Она сказала мне, что ты не любишь ее и теперь, я вижу, что она права. Любовь строится в первую очередь на доверии и понимании. У тебя к ней нет ни того, ни другого, - довольно резко и холодно, проговорил Гарри, поднимаясь с места. – Спроси у своей сестры, почему она так спокойна, когда видит меня в окружении девушек каждый день. Почему она не устраивает мне сцен.
Рон смотрел на свою погнутую ложку.
- Я не делаю этого, потому что полностью доверяю, Гарри, - бросила Джинни, тоже поднимаясь с места и отправляясь вслед за Гарри.
Рон так и остался, тогда сидеть один в Большом зале, обдумывая слова друга. Бросив ложку на стол, он схватился за голову.
«Чёрт! Чёрт! Чёрт!»

Гарри продолжал стучать в комнату девушки.
- Может, ее там и нет, - безразлично проговорил Рон.
- Нет, она там, - уверенно ответил Гарри, прислоняясь спиной к двери и смотря на друга. – Ты подумал о том, что я тебе сказал? – спросил он.
Рон бросил на друга сердитый взгляд, но ничего не ответил.
- Что ты собираешься делать? – не отступал Гарри. – Я не хочу, чтобы ей было плохо, - юноша проницательно смотрел на друга, - как и ты, надеюсь.
- Ты не хочешь, чтобы ей было плохо, а как насчёт меня? – возмущенно посмотрел на Гарри Рон.
- А тебе плохо?
- Что за вопрос, конечно… - но в его голосе была неуверенность.
- Нет, Рон, - тихо проговорил Гарри. – Ты знаешь, что нет. Позволь ей выбирать.
Рон ничего не ответил и направился в гриффиндорскую гостиную.
Гарри смотрел ему в след, потом покачал головой и начал опять стучать в дверь девушки.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Воскресенье, 02 Март 2008, 20:22 | Сообщение # 13
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 8
Напряжение(Продолжение)

***
Она не замечала ничего, просто сидела в кресле у камина и смотрела в окно на тёмные пятна туч. Не удивительно, что погода такая мрачная, словно природа знала, что произойдёт. Чёрные и серые громады перемешались в образе гигантской горизонтальной спирали. Вдали сверкали молнии, громыхал гром. Девушка вздрагивала при каждом новом ударе и вспышке молнии. Она никогда не боялась грозы, но сейчас ее пробирал просто ледяной холод, проникающий в самую глубь сердца. Внезапно ей вспомнились слова директора.
«Удивительная штука жизнь! Те чувства, что сейчас испытывает Северус – удивительны! Но они истинны. Они чисты и бескорыстны. Никому, никогда я не стал бы рассказывать об этом, мисс Грейнджер. Надеюсь, вы это понимаете, – звучал в ее голове голос Дамблдора. - Я верю, что вы разумнее многих. Я ни коим образом не обязываю вас ни к чему, и Северус этого никогда не сделает. Вы свободны, делать свой выбор, жить своей жизнью. Северус никогда не станет заставлять вас, принуждать или обвинять. Он сильный человек и сможет справиться с этим. Не бойтесь его, он никогда не прикоснётся к вам и не причинит боли… - Она поднялась из кресла и подошла к окну. – Я хочу увидеть это директор, я хочу, чтобы он сам сказал мне об этом, хочу видеть его глаза. – Она смотрела в окно, на то, как заламывались деревья под напором ненастья, как листья вздымались над землёй и опять были брошены на нее порывом ветра. Состояние природы было очень схоже с тем, что творилось у нее в душе.
Время всё шло, а девушка, как каменное изваяние стояла у окна, не видя и не слыша ничего вокруг, кроме своего дыхания и тихого биения сердца. Небо еще больше почернело. Спустя шесть часов, для нее пролетевших, как ничто, девушка подняла руку и посмотрела на часы. Два часа. Их уроки всегда начинались в два.
«Стоит ли спуститься к нему? Нужно спросить у директора», - подумала она.
Гермиона отошла от окна и несколько минут без интереса рассматривала свою комнату, голова немного кружилась. Она прошла в ванную комнату, не стоит появляться к директору в таком виде. Умывшись холодной водой, девушка несколько минут постояла около зеркала, всматриваясь в своё отражение. Глаза красные от слёз, кожа бледная.
Боль немного поутихла, но это только когда она перестала думать о нем.
- Нужно пойти к директору, - ее голос звучал сипло, из-за давления на горло. – Ты успокоишься и пойдёшь к директору, ты должна спросить его о НЁМ. – голос изменился, превратившись в твёрдый и командный. Она отвернулась от зеркала, обтёрла полотенцем лицо и направилась на выход из комнаты.
Открыв дверь комнаты, она наткнулась на Гарри, оказывается сидевшего под ее дверью.
- Наконец-то ты соизволила выйти, - его голос звучал так же, как и Снейпа, Гермиону передёрнуло.
- Гарри, что ты тут делаешь? – она пыталась, чтобы ее голос звучал ровно, но от удивления, он всё же сорвался.
- Пытался достучаться до тебя, но видимо ты не хотела никого видеть, - поднимаясь с полу, ответил юноша. Заметив лицо девушки, юноша сбавил пыл. - Ты, как?
Девушка смотрела на парня, не зная удивляться, злиться или чувствовать себя виноватой.
- Гарри прости, я не слышала, как ты стучал. Наверное, я по инерции наложила чары на комнату, - она решила всё-таки извиниться.
- Как ты себя чувствуешь? – повторил парень, пропуская мимо ушей ее извинения.
- Я… - немного замялась она, первым рефлекторным действием было бы соврать, сказав, что всё в порядке, но он же ее друг. – Гарри, мне так плохо, - тихо призналась она.
Юноша, не долго думая, обнял Гермиону. Девушка прижалась к нему, на глазах опять появились слёзы.
- Не волнуйся, с ним всё будет в порядке, поверь мне, - тихо говорил Гарри, поглаживая девушку по волосам. – Он не глуп и знает, что делает, он не даст себя убить, - девушка вздрогнула и всхлипнула. – Дамблдор не отпустил бы его к Волан-де Морту не подстраховав.
- Ты так думаешь?
- Я знаю это. И, Гермиона, кто из нас самый умный Староста школы? – хмыкнул парень.
Гермиона улыбнулась сквозь слёзы, его слова немного успокоили ее. Гарри был прав, Дамблдор наверняка подстраховал Северуса.
- Спасибо, тебе Гарри, - поблагодарила девушка, отстраняясь от парня и утирая слёзы.
Юноша улыбнулся ей и подал платок.
- Спасибо, - тоже улыбнулась девушка, беря платок.
- Ты, куда-то собиралась? – спросил юноша, смотря на девушку.
- Да, к директору, - ответила она, сдувая чёлку, лицу стало жарко от пролитых слёз.
- Я тебя провожу, - сказал Гарри.
Она кивнула и, закрыв дверь квартиры, они направились к золотой горгулье.
А Рон сидевший в гостиной и наблюдавший за ними лишь закрыл глаза и крепко сжал подлокотники кресла.

Казалось, что внутри головы надули воздушный шарик. Девушка пыталась идти ровно, но иногда ее немного качало. Она была очень благодарна Гарри за его понимание и поддержку. Он поддерживал ее за локоть, если ее качало. На них смотрели, Гермионе это не нравилось, но сейчас она ничего не могла поделать с этим. После шести часов сильнейшего нервного напряжения, она готова была упасть в обморок, но не позволяла себе этого.
- Может быть, сначала в больничное крыло зайдём? - обеспокоено спросил Гарри, наклоняясь к ее уху.
- Нет, все нормально, - твёрдо сказала она.
«Лучше упаду в обморок, но узнаю, что с ним всё в порядке», - думала она.
Они дошли до горгульи, Гарри произнёс пароль.
- А теперь, я сама, Гарри, - отстраняясь от парня, который держал ее под локоть, проговорила девушка. – Спасибо.
- Тебя подождать? – всё еще взволнованно, поинтересовался юноша.
- Нет, не надо, ты и так сегодня слишком много ждал меня, – ее губы дрогнули в благодарной улыбке.
- Тогда я приду вечером, узнаю как твои дела, - сказал он.
- Спасибо, Гарри, - она была просто невероятно признательна друг за такую заботу.
- До вечера, - попрощался он.
- До вечера, - вторила ему девушка, ступая на движущиеся ступеньки.
Мгновение и перед ней возвышалась громада дубовой двери. Голова еще немного кружилась, но в движениях была полная уверенность. Она постучала в дверь директора, и она сразу же открылась.
- Входите, мисс Грейнджер, - поприветствовал ее директор.
Девушка проследовала к креслу напротив директорского стола.
- Вы разрешите, - кивнула девушка на кресло.
- Конечно, садитесь, - сказал Дамблдор, всматриваясь в лицо молодой девушки. – Вы хорошо себя чувствуете?
Гермиона нервно хмыкнула и возвела на старца глаза.
- Вы наверняка знаете, зачем я пришла, - произнесла она, с надеждой смотря на директора.
- Конечно, знаю, - мягко проговорил Дамблдор, поднимаясь с места. – Он пока не вернулся.
Гермиона закрыла глаза, руки на подлокотниках задрожали.
- Вы ведь не отправили бы его туда, будучи не уверены, что всё безопасно, вы ведь подстраховали его?
- Разве может быть безопасно рядом с Тёмным Лордом? – невесело ухмыльнулся Дамблдор, подходя к девушке, напряжённо ловящей каждое его слово. – Но, тем не менее, я естественно подстраховал Северуса. Если, что он воспользуется порталом.
Гермиона судорожно выдохнула и открыла глаза. Она шокировано замерла. Директор стоял около нее и протягивал ей чашечку с какой-то жидкостью. Она приняла ее. Чашка была тёплой, а жидкость напоминала чай. Она отпила из чашки – да, так оно и было – это чай с лимоном. Вот только вкус она практически не улавливала, толи от напряжения, толи таковыми были свойства чая.
- Я добавил туда немного успокоительного, - сообщил директор и, пододвинув соседнее кресло, сел рядом с девушкой. – Вижу, вы уже сделали какие-то выводы насчет Северуса.
Девушка оторвала взгляд от чашки и посмотрела в голубые глаза. Директор опять хочет поговорить с ней о ее чувствах, странно, но почему-то она абсолютно не чувствовала, что он лезет в ее жизнь, она знала, что он беспокоится о Снейпе.
- Думаю, вы и так видите меня насквозь и знаете к каким выводам я пришла, - произнесла Гермиона, и когда старец улыбнулся, она продолжила. – Только сегодня я осознала это, когда весь день просидела в своей комнате и думала о нем, размышляя о том насколько я привязалась к его обществу и его пониманию. Всё эти недели я наблюдала за ним, зная, что он любит меня, а сегодня я поняла, что его чувства взаимны, - она ухмыльнулась. – Все эти дни я смотрела на него с какого-то другого угла, видела, как он пытается скрыть от меня… он делал это великолепно, не каждый бы заметил, но я видела. А вчера он сделал мне подарок, я сразу поняла, что это от него. – Девушка откинула воротничок рубашки и потянула за серебряную цепочку. Камушек оказался у нее в руке. – Вы не знаете, что это за камень? – спросила она, видя довольное выражение на лице старца.
- А ты, девочка, никогда не читала «Магия камней»? Интересная книжечка, – заметил директор. – Вы правы, этот камень Северуса. Он хранил его, как зеницу ока, всю его жизнь. Он очень любит этот камень, несмотря на его неприязнь к Гриффиндору. – Видя в глазах девушки непонимание, директор пояснил. – Этот камень принадлежал его бабушке, потомственной гриффиндорке и правнучки Годрика Гриффиндора.
- Что? – Гермиона чуть не выронила из рук чашку. – Профессор Снейп потомок основателя? – Её удивление было настолько велико, что Дамблдор не смог сдержать смеха.
- Не просто основателя, девочка, а самого Гриффиндора.
- Невероятно, - прошептала девушка, опуская взгляд обратно в чашку.
- То, что он попал в Слизерин, пусть не удивляет и не пугает тебя, - продолжил директор. – У Северуса была очень сложная жизнь, он запутался, озлобился на весь мир, а очнулся после того, когда потерял мать.
- Он потерял маму? – ей было так жалко его.
- Да, но думаю, что он сам тебе расскажет, - его глаза блеснули. – Я не имею права рассказывать об этом, я итак постоянно вмешиваюсь в его жизнь.
Внезапно раздался треск, и в камине вспыхнуло изумрудное пламя.
- Альбус! – раздался немного хриплый голос.
Гермиона узнала бы этот голос из миллиона, это его голос, но немного не такой как обычно. Её сердце бешено застучало, словно в последний раз.
- Мисс Грейнджер, думаю, вы захотите подождать меня, - проговорил директор, направляясь к камину. – Не волнуйтесь. – Последнее, что он сказал, прежде чем исчезнуть.
Гермиона так и сидела, замерев на месте, внутренний страх уже начал отпускать ее.
«Слава Богу, он здесь, он вернулся», - она позволила себе немного расслабиться и откинуться в кресле. Девушка отпила из чашки. Всё-таки вкус у чая был обычный и довольно приятный.

Директор не появлялся минут пятнадцать. Как только в камине вспыхнуло пламя, девушка сразу же вскочила с места и подбежала, к выступившему из зелёного пламени, директору. Её сердце сразу же упала, как только она заметила хмурое выражение лица старика.
- Профессор Дамблдор, что с ним? – ее голос дрожал.
- Не волнуйся, девочка, с ним всё в порядке, - произнес директор, садясь в своё кресло за столом.
- Тогда почему мне не нравится выражение вашего лица? – напрямую спросила девушка.
Дамблдор посмотрел на студентку и немного улыбнувшись, сказал:
- Это выражение говорит о плохих новостях, которые выяснил Северус. С вашим профессором всё в порядке, мисс Грейнджер. И через пол часа он ждет вас у себя в кабинете, на урок зелий.
- Что? Да какие ему сейчас уроки, ему отдохнуть надо!
- Очень рад, что ни я один так думаю, но Северус настоял. Думаю, ваше общество поможет ему лучше, чем какое-либо лекарство. Я и так напоил его некоторыми из восстанавливающих. Советую вам не очень загружать его сегодня.
«Значит, ему всё-таки досталось», - подумала Гермиона.
- Конечно, профессор. Тогда я пойду.
- Идите, мисс Грейнджер, и удачи вам.

***
Она шла, нет, она бежала, к нему в подземелья. Лишь у самой двери в его класс она остановилась, чтобы отдышаться, а потом постучала.
- Войдите.
Она толкнула дверь.
ОН стоял у котла, разжигая огонь, его лицо было бледное, но в остальном она пока изменений не замечала. Закрыв за собой дверь, она подошла к нему. Так хотелось обнять его, убедиться, что он на самом деле здесь и с ним всё в порядке. Желание было столь сильным, что руки задрожали.
- Что с вами? – услышала она его голос и, подняв голову, она встретилась с его глазами. Мужчина хмурился, но она знала, что таким образом он скрывает волнение.
- Всё в порядке, сэр.
- Тогда почему у вас все глаза красные, а сами вы бледные? – он усмехнулся.
«Что с ней? – думал он, начиная волноваться. – Что с ней случилось? Её глаза… она плакала, - догадался он. – Что-то произошло. Неужели Уизли обидел ее!?! - гневно подумал он. – Или она заболела?»
- Вы точно хорошо себя чувствуете? Может, сегодня я поработаю сам?
- Нет, нет, сэр! Всё в порядке, просто голова немного болит. Погода меняется, а я очень чувствительна к метеорологическим изменениям.
- Хотите болеутоляющее зелье? – предложил Северус.
- Я уже брала у мадам Помфри.
- И что же еще не подействовало? – с сомнением проговорил он.
- Действовало, а сейчас перестало, - угрюмо проговорила Гермиона.
- Так почему же вы отказываетесь от еще одной дозы? – ему было так обидно, что она ничего не хочет принимать от него.
Её этот вопрос застал врасплох, мало того, что про головную боль она всё выдумала, чтобы скрыть истинную причину покраснения глаз, так еще, и он впервые не хочет сдаваться и ставит ее в щекотливую ситуацию.
- Может, мы начнем занятие? – с надеждой спросила она, девушка просто не понимала, что подобным обманом обижает его.
- Хорошо, - переступая через себя, соглашается мужчина и отворачивается, от девушки, чтобы она не видела вспышку боли.
Мало ему сегодня трёх круциатусов от Тёмного Лорда за утайку уроков окклюменции с Поттером, так еще и ОНА хочет довести его до нервного срыва. Она отказалась принять от него простое средство от головной боли, тогда узнай она, кто подарил ей камень, девушка абсолютно точно, откажется от него. Это было даже больнее тех круциатусов. Пыточные заклятия поражают только внешнее, а ОНА рвёт всё внутреннее.
- Профессор, - позвала Гермиона.
- Сегодня, мы будем варить на третий стадии, - ровным голосом произнес он, не обращая внимания на ее слова.
Они начали работать, она с опаской посматривала на него, а он был спокоен. Гермиона несколько раз видела, как у него трясутся руки, а когда он пошёл за шалфеем к шкафу, то врезался в свой собственный стол. Она предпочла отвернуться в тот момент, чтобы он не думал, что она видела его слабость. Он этого не любит. Когда он диктовал ей последовательность ингредиентов, которые она должна положить в котел, его голос был холодным и ровным, но когда он дочитывал последнюю строчку, то его голос сорвался. Она видела, как он пытался взять себя в руки.
Время занятия уже подходило к концу. Гермиона оглянулась на него, он сидел за одной из парт и переливал какую-то жидкость из одной пробирки в другую. Девушка потушила огонь под котлом, на сегодня зелье прокипело достаточно, и как раз она собиралась сообщить, что всё готово, когда услышала шипение.
- Ах ты, боже мой! – прошипел он.
Гермиона резко обернулась. Он попал себе на руку тем составом, что переливал. Девушка подбежала к профессору. Он сидел спокойно и смотрел на свою руку, словно, не веря тому, что сделал.
- Профессор, - осторожно позвала Гермиона, смотря, как на его руке появляются следы ожога. Она теребила в руках мантию и наткнулась на что-то в кармане. Достав, она узнала гаррину мазь, которой она сегодня утром вылечила ожог. – Могу я вам помочь? – спросила она.
Он, кажется, был в какой-то прострации от случившегося, а возможно, это усталость даёт о себе знать. Девушка не стала ждать пока он придёт в себя. Она открыла баночку с мазью и поставила ее на стол. Аккуратно взяла его ладонь, она в первый раз прикасалась к нему. Они оба вздрогнули. Он поднял на нее глаза, но она не смотрела на него, хотя знала, что он смотрит. Девушка почерпнула из баночки густую массу и провела по его ладони.
Северус не двигался, не зная, как нужно отреагировать на такие действия девушки. Он почувствовал, как ее тонкие пальчики аккуратно, почти нежно прикоснулись к его коже. Девушка прикасалась к нему, и не было заметно, что ей противно это. Ни каждая на это решилась бы, тем более его кожа была сейчас не в лучшем своем виде.
Гермиона ощутила, как он напрягся, его рука задрожала.
«Чёрт! – выругался он. – Чёрт бы побрал эти круциатусы». – Его руки дрожали, пыточные проклятия ослабили его контроль.
Она аккуратно наносила мазь, заодно отмечая, что его руки очень даже тёплые, несмотря на различные сплетни. Его ладонь была большой по сравнению её. Девушка невольно подумала, каково это когда такая ладонь дотрагивается до нее, эти руки обнимают ее, гладят, ласкают.
Они сидели молча, думая каждый о своём: он о НЕЙ, она о НЕМ. Атмосфера вокруг них была странной и волшебной. Они оба ощущали присутствие какой-то тайны хранящей их молчанием.
После того, как девушка закончила намазывать ожог, она подняла на мужчину чайные глаза и спросила:
- Может нужно чем-нибудь перевязать?
- Нет, спасибо, мисс Грейнджер. Думаю, рана быстро затянется и повязка ни к чему, - сказал он, продолжая задумчиво смотреть на нее.
Девушка ничуть не смутилась под его взглядом, и, не удержавшись, улыбнулась ему. Гермиона увидела, как удивление появляется в его глазах, как он замирает. Самое странное было то, что все эти действия с его стороны вызывала она. Девушка ведь понимала, что со своим самомнением, профессор никогда бы не подумал, что она до него дотронется или улыбнётся ему.
- Профессор, если я вам больше не нужна, тогда я пойду, - с неохотой произнесла Гермиона, но она знала, что ему нужно отдохнуть после всего, что с ним произошло сегодня.
- Да, можете идти, - очнувшись от задумчивости, проговорил он.
- До свидания, профессор, - сказала девушка, идя к двери.
- До свидания, мисс Грейнджер, - тихо повторил он, смотря, как за ней закрывается дверь.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Воскресенье, 02 Март 2008, 20:29 | Сообщение # 14
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 9
Озеро

С каждым днём погода становилась всё невыносимее – холоднее и мрачней. Ветер гулял по коридорам Хогвартса, завывая на каждом углу. Деревья стояли голые и костлявые – совсем мрачные. Сентябрь благоразумно сменился октябрём. Дни летели быстро и незаметно. Время в школе казалось, шло по каким-то своим законам – потому ученики не успевали проснуться утром, как уже сразу же наступал вечер, и нужно было опять засыпать. Так незаметно прошёл октябрь. В ноябре озеро уже подёрнулось плёночкой льда, и выпал первый снег.
День был такой мрачный, и казалось, не сулящий ничего хорошего.
Седьмой курс Гриффиндора вяло поднимался на третий этаж в кабинет Трансфигурации. Гермиона шла, на ходу читая книгу по предстоящему уроку. Гарри и Рон шли за ней, разговаривая, как это было ни странно, об экзаменах, а не о квиддиче. На этих выходных должен был состояться очередной матч. В сентябре гриффиндорская сборная разбила хафлпафцеф, потому через день состоится матч Гриффиндор-Ревенкло.
Девушка заметила, что многие хафлпафцы, как-то странно поглядывают на нее, иногда бывало с неприкрытой злостью и ненавистью. Гермиона подозревала, почему они так смотрят на нее. Потом, в подтверждение ее догадок, она стала замечать на себе завистливые взгляды со стороны девушек не только из Хафлпафа, но и с остальных факультетов. Сегодня, когда она выходила из Большого зала, одна девушка из Ревенкло специально натолкнулась на нее. Гермиона от неожиданности даже вскрикнула. Теперь у девушки на плече был синяк.
- Может, прогуляемся сегодня к озеру, к Хагриду за одно зайдём? – предложил Рон и приобнял девушку.
Девушка натянуто улыбнулась. С некоторых пор Рон стал очень внимателен к ней. Не позволял себе необдуманных слов. Гермиону это большей степенью удивляло, но не более. Рон совершенно не интересовал ее. А вот тот, кто интересовал, боялся даже посмотреть в ее сторону лишний раз. Девушка по инерции обернулась, как будто хотела увидеть ЕГО следующим за ней. Кроме хмурых лиц однокурсников, она ничего не увидела. Девушка тяжело вздохнула.
- Ты, что? – обеспокоено, спросил Гарри.
Рон прекратил улыбаться завистливым прохожим, смотревшим, как он обнимает гриффиндорскую красавицу, и соизволил обратить внимание на «свою» девушку.
- Всё хорошо, мальчики, - ответила Гермиона, закрывая книгу. – Давайте действительно выберемся сегодня из замка. – Она улыбнулась.
- Вот и хорошо, - сказал Уизли, прижимая к груди девушку.
- Рон, ты мне ребра сломаешь, - немного растерявшись, просипела Гермиона парню на ухо. Действия Рона ее смущали, она из последних сил держалась, чтобы не наорать на него. Ее останавливало лишь то, что парень стал очень нежно обращаться с ней.
- Прости, лапонька, - произнес парень, интимно поцеловав девушку в ушко.
Подобный перебор со сторону Уизли, ввели гриффиндорку в ступор. Она неприлично раскраснелась, а поцелуй парня просто горел.
- Рон, - шепотом выдохнула она.
- Да? – как не в чём ни бывало, откликнулся парень, отстраняясь от девушки. – Гарри, может, мы тебя догоним? - предложил парень, застывшему глядя на них, другу.
- Хорошо не задерживайтесь, - ответил Гарри.
Гермиона чётко отметила в голосе ее лучшего друга, непонятные ей, не одобряющие нотки.
- Ты хочешь, со мной о чём-то поговорить, Рон?
- Я хочу поговорить о нас, - парень предупреждающе поднял руку, видя, что девушка хочет что-то сказать. – Ты же устраивала мне пояснительную речь в начале года, теперь и я хочу объяснить тебе.
Гермиона еще раз удивилась, но ничего не сказала, и приготовилась слушать.
- Отойдём к окну, - предложил юноша.
Пара подошла к окошку, Рон положил на него оба ранца, а Гермиона положила книгу и развернулась лицом к молодому человеку. Только сейчас она заметила на себе взгляды окружающих. Многие любопытно рассматривали ее. Девушка с безразличием отвела глаза.
- Я слушаю.
Рон несколько минут собирался с мыслями, потом изрёк:
- За то время, что мы вместе, я много думал о том, что ты сказала мне, тогда на берегу. Я знаю, что ты видишь меня насквозь, - парень поморщился, - что ты знаешь больше моего, но я изо всех сил пытаюсь угодить тебе. Я изменился ради тебя…
Что-то этот разговор уже не нравится девушке.
- Я очень стараюсь Гермиона, - почти умоляюще.
- Я вижу, Рон, - сказала Гермиона, ей стало жалко его.
Лицо юноши приобрело жалостливые черты, глаза заблестели, он взял ее за руку и поцеловал в ладонь. По телу девушки пробежал холодок, странным образом говорящий об опасности. Странно, но Гермиона абсолютно не видела, ничего опасного в обычном поцелуе. Она смотрела на него, а он продолжал целовать ее ладонь.
Коридор, в котором они стояли, опустел. Прозвенел звонок.
- Рон, нам пора на урок, - сказала она и погладила парня по волосам, что мгновение спустя, посчитала ошибкой.
Юноша мгновенно отреагировал на непроизвольную ласку девушки. Он прильнул к ней всем телом, впиваясь в приоткрытые от удивления губы. Углубляя поцелуй, парень отпустил руку девушки, явно растерявшуюся, и начал скользить руками по тонкой талии гриффиндорки. Гермиона упёрлась руками в грудь парня, пытаясь, отстранится, но Рон держал крепко.
- ГРЕЙНДЖЕР!!!
В мгновение ока, они отцепились друг от друга. Всё негодование по поводу наглости Рона сразу же улетучилось. Она резко развернулась, с ужасом в глазах, смотря, как к ним приближается Северус Снейп.
«Боже мой! Господи! Что я наделала!!!»
Сердце грозилось выпрыгнуть из груди, панический ужас бил через край.
ЕГО глаза дьявольски сверкали, как глаза дикого зверя, готовящегося растерзать свою жертву. В них она видела такую злость, такую ярость, что впрок было провалиться сквозь землю. Всё его лицо потемнело. Мантия была чёрнее обычного и больше, так как развивалась она устрашающе нереально. ОН быстро приближался, но девушке, казалось, что время останавливается. Казалось, что он убьет ее прямо на месте.
Девушка даже не заметила, как вжалась в стену.
Подойдя, он окинул обоих подростков презрительным взглядом.
- Вижу, вам очень понравилось прогуливать уроки, Грейнджер ( Гермиону передёрнуло от его интонации, с которой он выплюнул ее фамилию ), - он прекрасно владел своим голосом. – Теперь вы не ходите на уроки даже к собственному декану. Не потрудитесь объяснить, в чём причина, помимо того, что я видел?
Гермиона словно немая смотрела на него, не в силах произнести ни слова. Хотя она отметила осведомлённость профессора, относительно ее расписания. Рон, кажется, не был впечатлён появлением профессора.
- Это я ее задержал, профессор, - смело проговорил Уизли, стоящий в шаге от девушки. – И именно для того, что вы подсматривали.
Гермионе захотелось закрыть уши, но вместо этого она зажмурилась, чтобы не видеть возмущенного и злобного выражения на лице Снейпа, и еще внимательного взгляда, который был тщательно скрыт под отвращением.
- Пятьдесят балов за неуважение к учителю, еще пятьдесят за опоздание на урок, причем с каждого. И месячная отработка для вас, мистер Уизли, чтобы воспитать в вас хоть каплю уважения к старшим, - хладнокровно и спокойно, произнёс Северус.
Гермиона даже глаза открыла.
«Сто пятьдесят балов!!!» – ужаснулась она.
- За что?!! – воскликнул Рон. – Мы ничего противозаконного не сделали, на такое количество баллов!
- Неужели? – монотонно и холодно. – Может, я еще не упомянул о нецелесообразном поведении, которое, как вы выразились, я подсмотрел. Тогда еще пятьдесят...
- Нет, профессор, не снимайте больше баллов, - прервала Гермиона учителя. – Назначьте, мне лучше отработку до конца года, но не снимайте баллов.
- Опять неуважение, Грейнджер (Гермиону во второй раз передёрнуло от холодного «Грейнджер!»), - наиграно, покачал он головой, - кто позволил вам прерывать меня? Уизли плохо влияет на вас.
Гермиона слышала, как Рон захрустел костяшками.
- Профессор, пожалуйста, - умоляла она.
«Ну, как он может быть таким безжалостным? – подавленно думала она, но сразу же возразила себе. – А как ты поступила с ним? Что бы ты чувствовала, если бы он целовал какую-нибудь студентку? – девушка задумалась и даже отвлеклась от происходящего. – Действительно, что бы я сделала, если бы такое произошло?» – Но об этом она решила подумать позднее.
Тишина вывела ее из задумчивости.
ОН смотрел на нее, она поймала его взгляд. Вглядываясь в чёрный мрамор, она внезапно, перестала бояться, невероятно просто страх ушёл, рассеялся, и она облегчённо вздохнула. Глубоко в этих обсидиановых глазах была боль, и девушка чётко видела ее. Это она причинила ее. Он страдает, видя ее с другим, тем более с Роном, который, как она считала, недостоин ее. Северус искренне любит ее, так почему же она делает такие опрометчивые ошибки, которые доставляют ЕМУ боль? Хоть он и скрывает ее, Гермиона видит… Возможно Гермиона единственный человек, который действительно способен увидеть, что таится внутри этого мрачного человека. Она несколько месяцем тесно общалась с ним, она седьмой год созерцает его нелёгкую жизнь, и только недавно она поняла, да нет, ощутила, что… тоже любит…
«Так зачем же ты мучаешь его? – взывал голос разума. – Твои глупые ошибки превращают его жизнь в еще больший ад, чем он уже имеет».
Она не заметила, как он отвернулся, но услышала его тихий голос:
- Отправляйтесь на уроки, а насчет отработки, мисс Грейнджер, я подумаю.
Он развернулся и пошёл обратно по коридору, к лестнице на третий этаж.
Гермиона смотрела на его удаляющуюся фигуру.
«Прости, меня, Северус. Скоро я приду к тебе и расскажу… всё расскажу, я хочу, чтобы ты был счастлив. Я никогда больше не причиню тебе боли, НИКОГДА».
До ее руки дотронулись. Она вздрогнула.
- Ты, как? Вот сволочь, правда?! – вознегодовал Рон.
Гермиона не позволила себя обнять.
- Пойдём на урок, - расстроено, но твердо произнесла она, хватая портфель и учебник с окна.
- Не расстраивайся из-за очков, - протянул Рон, тоже беря ранец и следуя за подругой. – Послезавтра, квиддич. Надерём задницу Ревенкло, а весной Слизерину, и кубок наш.
Гермиона была только рада, что Рон подумал именно о такой причине ее расстройства.
- Я очень надеюсь, что так и будет, Рон, - притворно-насуплено, проговорила девушка. – Я с таким трудом, набирала все эти очки. Надо же было так попасться!
Рону, кажется, понравился настрой девушки.
- Не беспокойся, зайка, - меланхолично, заметил парень. – Словно ты не знаешь Снейпа. Ему, наверное, ужас как завидно, что мы целовались. Поди, так, его наверняка за всю жизнь, никто и не поцеловал, - юноша довольно рассмеялся.
Гермиона с неимоверным усилием заставила себя сдержаться и не врезать этому высокомерному козлу, что зовётся ее парнем. Слава всем богам, они дошли до кабинета Трансфигурации. Гермиона поправила форму и, постучавшись в дверь, вошла.
- Извините, профессор, можно, - произнесла девушка, готовясь отвечать на последующие вопросы о том, где они находились пол-урока.
Но вопросов не последовало.
- Садитесь, мисс Грейнджер, - спокойно ответила профессор МакГонагалл. – Открывайте 10 параграф, в конце урока я буду задавать вопросы.
Больше ничего профессор не сказала. Гермиона почему-то даже не удивилось, наверное, сказалось то, что только что с ней произошло.
Они с Роном уселись прямо за Гарри и Невилом.
Гермиона только выложила тетрадь и перо, как поверх них опустилась записка. Девушка посмотрела на Рона, тот кивнул в сторону спины знаменитого друга.
Развернув листочек, она прочитала: «Я сказал, что вы у Флитвика. Что Рон брал дополнительные задания, а ты спрашивала насчет какой-то научной работы. Гарри».
Гермиона хотела хмыкнуть, но передумала. Открыв чернильницу и обмакнув в нее перо, девушка написала на обратной стороне листочка: «СПАСИБО». Чуть заметно она взмахнула палочкой и листочек, скользнув под локтём Гарри, левитировал на его парту.

***
Его опять мучили кошмары, на этот раз они были настолько невыносимыми, что он просыпался от собственного крика. Голова болела, тело ныло, словно, его подвергали непростительным проклятиям, в глазах всё плыло, а в желудке всё скручивало. Он еле успел добраться до ванны, когда его начало выворачивать. То, что ему снилось, было настолько отвратительно, что заставляло отторгать всё хранившееся в желудке. После третий встречи с унитазом, голова закружилась, что пришлось схватиться за нее. Перед глазами сверкали разноцветные звёздочки.
- Боже… - простонал он, крепко стискивая зубы.
Пол часа он просидел около унитаза, пока всё вокруг не перестало вращаться. Так отвратительно ему уже давно не было.
Опираясь на стену, потихоньку, он смог добраться до своей лаборатории, где в шкафу нашел болеутоляющие и еще массу полезных зелий, которые отлично восстанавливают. Выпив несколько зелий, он опустился на стул, поставив локти на стол, схватился за голову. Зелья начинали действовать, мир возвращался на круги равновесия, тупой гул прекратился. Только через какое-то время мужчина обнаружил, что он, облокотившись на стол, положил голову на скрещенные руки.
Ближе к восьми, он всё же заставил себя идти одеваться и подниматься в Большой зал на завтрак.
Сидя за преподавательским столом, директор несколько раз спросил Северуса, как тот себя чувствует. Хоть мужчина и раздраженно отвечал, что нормально себя чувствует, старый маг предложил ему взять на сегодня выходной, но Северус отказался. Выходной еще больше вгонит его в хандру.
Налив себе, на этот раз, крепкого кофе, мужчина, как всегда, направил свой взгляд на гриффиндорский стол. Да, она была там. О чём-то разговаривала с Поттером. Взглянув на часы, она начала собираться и подталкивала своих горе-друзей.
Северус пытался сейчас не думать о ее взаимоотношениях с Уизли, мужчина просто позволил себе просто любоваться ею. Девушка не смотрела на него, за что, он был ей только благодарен (не приходилось отворачиваться). Он провожал ее взглядом, когда заметил, что одна девушка из Ревенкло, намеренно вышла навстречу Гермионе. Гриффиндорка не заметила этого, и девушки столкнулись. Северус опрокинул стоящий рядом кубок с водой.
«Какого, чёрта! - негодовал он, видя, как Гермиона потирает ушибленное плечо. Его кулаки сжались. – Она это специально сделала!!! Зачем?»
Северус поднялся и направился вон из зала, никак не отреагировав на предложение директора, всё-таки взять выходной. Проходя мимо стола Ревенкло, он кинул грозный взгляд на ту девчонку, с которой столкнулась Гермиона. Эта девушка, что-то рассказывала своим подругам, а те согласно кивали.
«Чёртовы завистники!» - выругался профессор, спускаясь в свой класс.
Первый урок был сплошным кошмаром, он метался от одного котла к другому. Студенты словно специально делали всё не так, как надо. Четыре расплавленных котла, сотня снятых баллов, бесконечное недовольство со стороны Северуса – день подтверждал, отвратительно начавшееся утро.
Слава богу, что урок подошёл к концу. Голова раскалывалась, даже не было сил, чтобы напоследок сказать что-нибудь язвительное. Студенты, покидая его класс, и так были расстроены и обозлены до некуда. Прибираясь в классе, Северус услышал лёгкий хлопок. Обернувшись, он заметил, как на его стол опустился свёрнутый листок. Восстановив последний котёл, профессор подошёл к своему столу и взял записку. Как оказалось это от директора, тот хотел поговорить с ним. Положив записку в карман мантии, мужчина вышел из класса.
Кабинет директора находился на третьем этаже. Он поднимался на второй этаж, когда прозвенел звонок.
«Как же хорошо, что остальные уроки у меня только после обеда», - сейчас это было просто счастье для него.
Внезапно он услышал чьи-то голоса. Звук шел из коридора второго этажа, как раз туда-то Северус и направлялся. Если бы была лестница, минующая второй этаж, то он незамедлительно воспользовался бы ей. Ему так не хотелось сейчас разбираться с прогульщиками. А ведь ему пришлось бы разбираться, пройти мимо он не мог. И, так как другой лестницы не было, даже не одного потайного хода, Северусу пришлось продолжать намеченный путь. Повернув в коридор второго этажа, профессор замер.
Около одного из окон стояла пара. Если бы это была любая другая пара, Северус бы неприятно ухмыльнувшись, пошёл бы снимать баллы.
Рон Уизли обхватив Гермиону за талию, целовал ее. Его руки собственнически скользили по телу девушки.
Дыхание Северуса перехватило, сердце упало. Это было последней каплей его самообладания. Злость забурлила в крови. Ненависть затуманила разум. Мужчина с силой ударил о стену ладонью и, не замечая пульсирующей боли в руке, двинулся к сплетенным телам.
- ГРЕЙНДЖЕР! – его голос громыхнул, как раскат грома, отдаваясь, эхо по коридору.
Пара мгновенно распалась. Он готов был уничтожить Уизли, убить собственными руками. Северус видел мгновенный ужас в глазах парня, а потом увидел, как в этих самых глаза блеснула расчетливость. Над этим Северус решил подумать позднее. Он перевел взгляд на нее, в ее глазах был нескрываемый ужас. Она даже припала к стене, словно хотела слиться с ней. Странно, но ее страх был не такой, как прежде, или как у любого другого ученика перед его тёмной натурой, тем более, когда в нем полыхает вот такая неприкрытая злоба.
- Вижу, вам очень понравилось прогуливать уроки, Грейнджер, - его голос переливался опасными нотками, но был спокоен. От такого тона ученики обычно забывали, как их зовут. – Теперь вы не ходите на уроки даже к собственному декану. Не потрудитесь объяснить, в чём причина, помимо того, что я видел?
Она не могла ничего произнести, ужас сковал ее. А вот Уизли не был столь впечатлительным.
- Это я ее задержал, профессор, - смело с толикой пренебрежения, проговорил Рон. – И именно для того, что вы подсматривали.
Сначала Северус собрался наорать на него, но что-то непонятное не позволило ему сделать это. Он видел, что она закрыла глаза. Почему? Раньше она никогда не была так напугана, где бы и с кем бы он не встречал ее.
- Пятьдесят балов за неуважение к учителю, еще пятьдесят за опоздание на урок, причем с каждого. И месячная отработка для вас, мистер Уизли, чтобы воспитать в вас хоть каплю уважения к старшим, - хладнокровно и спокойно, произнёс Северус, смотря, как глаза девушки медленно открываются на звук его монотонного голоса.
- За что?!! – со злостью, воскликнул парень. – Мы ничего противозаконного не сделали, на такое количество баллов!
- Неужели? – странным образом холод распространился внутри, замораживая сердце. Северус смотрел на Уизли. – Может, я еще не упомянул о нецелесообразном поведении, которое, как вы выразились, я подсмотрел. Тогда еще пятьдесят...
- Нет, профессор, не снимайте больше баллов, - очнулась Гермиона. – Назначьте, мне лучше отработку до конца года, но не снимайте баллов.
- Опять неуважение, Грейнджер, - устало, покачал он головой, его лицо снова превратилось в мраморную маску, - кто позволил вам прерывать меня? Уизли плохо влияет на вас. – Презрительно фыркнул он.
Северус уловил неопределённый звук, это парень захрустел костяшками пальцев, сжимавшимися в кулаки.
- Профессор, пожалуйста, - умоляла девушка.
Он снова смотрел на нее. Её глаза умоляли его, но они не боялись, нет, в них было что-то другое. Именно это удержало мужчину от неблагосклонного замечания. Он молчал не зная, как можно покарать ее. Как?
«Я не могу, не посмею! Боже ее глаза… - он понимал, что злость уходит, он не мог ничего сделать этой девушки, ВСЁ в нем не позволяло этого делать, как бы он не стремился. – Почему это происходит со мной? Почему?» – злость ушла, уступив вселенской усталости. Казалось, после этой вспышки на его лице прибавилось еще парочка морщин, а на сердце шрамов.
Молчание вывело его из задумчивости. Она тоже почему-то задумалась, никто из них не обращал внимание на стоящего рядом Уизли.
ОН продолжал смотреть на нее и она, подняв голову, тоже посмотрела в его глаза. Он не понимал ее внимательного и чего-то ищущего взгляда. Её глаза лишились последних крох страха, и теперь она просто смотрела на него, ничего не страшась. Этот взгляд сковал его. Он ничего не мог сказать, позволяя девушке размышлять. Он не знал, зачем это делает, но ей это было нужно.
Через какое-то время он не смог сдерживать маску безразличия, и потому, не позволяя чайным глазкам увидеть свою боль, отвернулся.
- Отправляйтесь на уроки, а насчет отработки, мисс Грейнджер, я подумаю.
Он развернулся и пошёл обратно по коридору, заворачивая на лестницу третьего этажа. Он чувствовал на себе ее взгляд, но не обернулся.

***
Часа в четыре Гермиона вышла из библиотеки, она направилась в свою комнату. Через пол часа она вместе с друзьями собиралась на прогулку, потому нужно было занести учебники домой. За последние месяцы Гермиона с большой охотой называла свою комнату домом. В ней было настолько уютно и спокойно, что ее собственная комната в родительском доме, меркла по сравнению с ней. Поднимаясь в Гриффиндорскую башню, навстречу девушке вышел Драко Малфой. Парень с хитрой ухмылкой и блеском в глазах, произнёс:
- Добрый вечер, Грейнджер.
- Добрый, Драко. Ты что же пришёл навестить своих друзей Гриффиндорцев? – весело съязвила Гермиона, улыбнувшись.
- И от кого ты научилась так язвить, у нашего декана, что ли? – подколол ее юноша, проводя рукой по светлым волосам.
Гермиона хмыкнула.
- Возможно, - загадочно ответила она. – Так что ты забыл здесь?
Парень прищурил глаза.
- Может я подстраивал какую-нибудь пакость, как я могу тебе сказать, ты же староста?
- Хм. Как и ты, - назидательно произнесла она.
Странно, что ей за столько лет вражды, удавалось найти общий я зык со слизеринцем. Ну, если подумать, так и не с одним. Девушка широко улыбнулась.
- Странная ты, Грейнджер, - покачал головой Малфой, заводя руки за спину. – Мышление у тебя далеко не гриффиндорское.
- А твоё волнение далеко не слизеринское, - в такт ему ответила девушка.
- Грейнджер! – выдохнул Драко, на его щеках появился румянец.
- Да, - пролепетала Гермиона, ей так хотелось рассмеяться.
Мальчишки, разговаривая с ней, выказывают себя такими дурочками. Особенно младшие курсы. Гермиона не думала, что Малфоя она тоже сможет зацепить, своей необычностью. Печально было лишь то, что ее заметили только благодаря ее изменившейся внешности.
«Хотя, один заметил не только из-за красоты…» - она опять улыбнулась, счастью разливающемуся внутри.
- Извини, Драко, - сказала девушка.
- Удивительно, что ты не попала в Слизерин, - буркнул слизеринец.
- Зачем, мы и так с тобой хорошо общаемся, - девушка хитро улыбнулась.
Парень пытался согнать с лица краску.
- У тебя склад ума такой же, как у слизеринца, - игнорируя слова девушки, произнёс юноша.
- Это единственное отличие, которое ты смог заметить? – на ее лице блеснула хищная улыбочка.
Нет, Гермиона не думала флиртовать с парнем, но похоже, что за прошедшие месяцы этот навык выработался сам. Юноша естественно охотно отвечал девушке.
- Нет, не единственное, - юноша сделал маленький шажок в сторону Гермионы, и как не в чём ни бывало, продолжил. – Ты стала очень красивой, - его глаза блеснули металлическим блеском.
Гермиона насмешливо приподняла бровь, наблюдая за манёврами Драко. Странно, что она так не замечает действий Рона, когда он подбирается к ней. Наверное, здесь играет роль доверия. Рону она больше доверяет, потому ведёт себя расслаблено рядом с ним, а с Малфоем нужно всегда быть на чеку, потому она раскрывает его действия заранее и предвидит всё наперёд.
Он смотрел ей в глаза, она не отводила взгляда. Пусть видит, пусть узнает, что для него здесь нет ничего, что есть только пустота, и нет надежды. Ведь не первый раз Драко проявляет такой интерес к ней. За несколько месяцев они несколько раз довольно по-дружески общались. И Малфой не был тем набаловышем, которым она и ее друзья считали, это просто характер такой. Иногда он интересно рассуждал в своей слизеринской манере, и это откровенно веселило девушку, но не более. Она не испытывала к нему никаких чувств, ну может только дружеских. Драко чем-то напоминал ей Гарри. Хотя она никогда не заговаривала с Малфоем на тему войны, отчего-то она знала, что он против нее и против Тёмного Лорда.
Они долго стояли, смотря друг другу глаза: она просто, а он с надеждой. Но словесную тишину разорвал визгливый девчачий голос.
- Драко!!! Что ты делаешь с этой ГРЯЗНОКРОВКОЙ!?! – взвизгивая, бежала по лестнице рассерженная Пенси Паркинсон.
Гермиона заметила, как в глазах юноши появилась усталость и тоска. Прежде, чем отвернуться от Гермионы, он еще раз посмотрел на нее, чтобы окончательно понять, что не ошибся и понял всё верно. Гермиона снисходительно улыбнулась и покачала головой. Он всё понял. Тяжело вздохнув, Драко повернулся к запыхавшийся и взбешённой Пенси, остановившейся около него и начавшей свою гневную тираду.
На голос Паркинсон оборачивались любопытные. Гермиона не стала слушать их ссору, которую сама же спровоцировала. Она знала, что парень и сам справится, тем более Пенси была без ума от него, так что долго возмущаться она не станет.
Пройдя через портрет Полной дамы, девушка сразу же шмыгнула в свою комнату.
«А ведь, он так и не сказал, зачем приходил, - досадно подумала она, вешая портфель на спинку стула, стоящего за рабочим столом. – Что за странный день. Одни скандалы!»
Раздался стук в дверь. Гермиона пошла открывать.
- Гермиона, мы готовы, ты идёшь? – проговорил Гарри. Он был полностью одетым в тёплую мантию и шапку, гриффиндорский шарф свисал до самых колен.
Гермиону всегда немного забавлял такой ребяческий вид друга, а вид Рона вообще заставлял ее задыхаться от хохота. К счастью, Рон ждал их в гостиной факультета.
Гарри, заметив, скептический взгляд девушки, сказал:
- Надеюсь, ты не собираешься издеваться над нашим видом? Рон сегодня не в духе, всё ходит о чем-то думает.
- Не буду я над вами издеваться, но вы так странно выглядите, - ее глаза уже смеялись.
- Прекрати, - тоже улыбнулся Гарри. – Это Джинни нас вырядила, всё боится, что я простужусь, а Рон ей просто под руку попался. – Он ухмыльнулся.
- Пройди, я сейчас быстро, - сказала девушка, пропуская парня внутрь. На мгновение ее взгляд скользнул в Общую гостиную, и она увидела Рона. Он сидел в кресле и смотрел на нее, под его глазами залегли тени. Девушке не очень понравился этот ревнивый взгляд, она даже поежилась, закрывая дверь.
- Что сегодня произошло? – спросил Гарри, проходя к одному из кресел у камина и опускаясь в него. – Перед Трансфигурацией? – уточнил он. – Рон был не очень многословен.
Гермиона хмыкнула.
- Он хотел сказать мне, что очень старается и, что очень изменился ради меня, - проговорила девушка, доставая из шкафа тёплую мантию. – А потом он… - она засомневалась, хочет ли друг знать такие подробности, но, обернувшись в сторону Гарри, и увидев обеспокоенный взгляд, продолжила, - он начал приставать ко мне. Я пыталась сопротивляться, но не могла ничего поделать, он поцеловал меня, и тогда появился Снейп. – Энергетическая волна снова прокатилась по ее телу, когда она вспомнила его глаза, его лицо, она буквально чувствовала злость, ненависть и ревность исходящие от него. А потом и увидела боль, столь огромную боль, которая и заставила девушку изменить свое решение бездействия. Как же она была глупа, когда считала, что он первым должен сделать шаг. Здесь всё как раз наоборот. Она исправит всю эту ситуацию, в которую они оба попали. – Снейп был просто неистов, - продолжала она. – Он снял с нас 150 баллов, дал отработку Рону и обещал подумать насчет моей отработки, которую я сама предложила, чтобы не потерять еще баллов.
Гарри, кажется, потеря огромного количества баллов не очень удивила, он задумчиво поднёс указательный палец к виску.
- Я хочу рассказать ему всё, - тихо проговорила девушка, теребя в руках мантию и смотря куда-то в пол. – Я тоже люблю его, Гарри. Я не хочу, чтобы профессор мучался, а я вижу, как ему больно. Сегодня когда он смотрел на меня, я поняла, что предаю его, позволяя целовать себя другому. Я видела в его глазах боль, невыносимую боль. Самое ужасное, что я ее причиняю! – она подняла глаза на друга.
Он внимательно смотрен на девушку.
- Как ты считаешь, Гарри? – спросила она.
- Думаю, моё мнение здесь не уместно, ты и так всё уже решила, - он улыбнулся. – Но думаю, что твоё решение верно, - парень поднялся.
- Спасибо, мне всегда было важно твое мнение, - обнимая юношу, проговорила Гермиона.
- Идём, а то Рон нас уже заждался, - отпуская девушку и отводя пряди волос с ее счастливого лица, проговорил Гарри.
- Да, Рон… - сказала девушка, смотря в глаза друга. – Как ты думаешь, как он воспримет это. Он и так безумно ревнует меня даже к тебе, а к Северусу тем более.
- Ну, подумай, словно, он что-нибудь сделает против учителя.
- Да, ты прав. Но Рон такой импульсивный.
- Не волнуйся, всё будет в порядке, он всё поймёт - подбодрил ее юноша. – Давай одевайся.
- Да, да, - согласилась девушка, надевая мантию, и застегнув пуговички, она сказала. – Пойдём.
- А шапка?
- А я в капюшоне, - мстительно улыбнулась девушка.
Гарри лишь покачал головой и тоже улыбнулся.
- Тогда пойдём.
Они вышли из квартиры, Гермиона зачаровала дверь.
- Что так долго? – спросил Рон, поднимаясь из кресла, в его взгляде не было и намёка на ревность.
- Словно, ты не знаешь этих девчонок, - мимоходом бросил Гарри.
Рон понимающе хмыкнул.
- Ну, пойдемте уже, - нетерпеливо поторопила их девушка.
Через десять минут троица, преодолев препятствие хогвартских лестниц, наконец-то выбралась из замка. На улице было уже достаточно темно, но так как всё вокруг покрывало тонким снежным покрывалом, тропинку к озеру было хорошо видно.
- А почему сегодня не было тренировки по квиддичу? – спросила Гермиона, когда они подошли к кромке озера, поверхность которого была покрыта тонким слоем льда, и занесена снегом. Обычно оба ее друга очень интенсивно тренировались перед матчем, а сегодня никто даже не заговаривал о предстоящей игре.
- Гермиона, ты, что не видела, какая пурга сегодня днём была? – удивился Рон.
Гермиона немного растерялась, собственно говоря, она весь день думала… точно не о погоде или уроках. Она думала, как завтра можно будет поговорить или даже как просто начать разговор с Северусом. Ох, какой не лёгкий будет разговор.
- Рон, это же Гермиона, разве такая мелочь интересует ее, - хмыкнул Гарри.
Гермиона прищурив глаза, посмотрела на Гарри, потом, наклонившись, почерпнула рукой снега и начала сжимать его в комочек.
- Эй, эй, ты чего? – в притворном ужасе, Гарри начал отходить от девушки.
Гермиона кинула в друга комочком и попала в грудь.
- Ах, так, - погрозился парень, тоже беря в руки снег.
- Только посмей, - предупредила Гермиона, поднимая руку.
Но ее предупреждение не было услышано, в последний момент она спряталась за Рона. И Гарри поставил другу смачный фингал. Гермиона засмеялась. Оба парня грозно посмотрели на нее и, переглянувшись и согласно кивнув друг другу, пошли на нее.
- Ребята, вы чего!
Парни уже слепили по снежному комочку и готовились превратить Гермиону в Снежную королеву Гриффиндора, когда до них донесли гневные голоса.
Все трое, прислушиваясь, замерли.
Гермиона услышала, что кто-то гневно выкрикивает ее имя.
- Эта Грейнджер, какого черта, она цепляется ко всем парням Хогвартса. Ты представь, Блейз вчера заявил мне, что я мизинца не стою этой выскочки, и что с ее красотой не сравниться ничто на свете! Я бы эту змеюку, живьем закопала, не учись мы сейчас в школе, - к озеру, прямо туда, где стояли, трое друзей, подошла пара девушек – слизеринок. Они остановились на холмике, который скрывал берег, когда заметили Гарри, Рона и Гермиону.
- Странно, а весь Хогвартс считает, что змеи учатся как раз в Слизерине, - спокойно заметила Гермиона.
- В Слизерине учатся просто змеи, а в Гриффиндоре – подколодные, - ничуть не смутившись, оскалилась возмущавшаяся слизеринка. Ее Гермиона не знала, а вот подругу ее трудно было забыть, когда сегодня она устроила скандал Драко Малфою из-за Гермионы.
- Неужели? – насмешливо приподняла бровь Гермиона.
- Не слишком ли ты зазнаёшься, Грейнджер? – угрожающе прошипела Пенси, прищурив глаза.
- Шли бы вы туда, куда шли, - угрожающе посоветовал Гарри, вставая рядом с подругой. Рон стоял на месте, прислушиваясь к тому, что говорят слизеринки.
- Что, Поттер, тоже запал на нее? – злобно хмыкнула Паркинсон. – У вас такая откровенная любовь, а Уизли у вас в роли местного шута, тото у него такая шапка, словно он у луны прилетел.
Рон выхватил палочку, но Гарри его остановил.
- Не позволяй им провоцировать себя, Рон, - сказал Гарри.
- Уизли ты бы придержал свою драгоценную, - ее слова так и сочились ядом, - а то она уже позарилась и на наших. Ещё раз, Грейнджер, увижу тебя рядом с Драко, пеняй на себя, - выплюнула Пенси.
- С чего это ты так расхрабрилась, Паркинсон! – несмешливо угрожающе проговорила Гермиона, щуря глаза. – Не можешь удержать парня, хотя с твоим-то умом…
Девушка не успела договорить, ее что-то ударило, что-то горячее... Только потом Гермиона поняла, что это проклятие, которое кинула в нее Пенси. Но заклинание явно сработало не так как надо, потому что девушка не почувствовала боль, ее просто откинуло. Приземлилась она неудачно, прямо на спину, что выбило воздух из лёгких.
- ГЕРМИОНА! – как-то из далека, раздался голос Гарри.
Сначала девушка не поняла, отчего в голосе юноши был страх.
Но только она пошевелилась, то услышала, что под ней что-то хрустнуло, а потом еще и еще. Она пришла в ужас, когда обнаружила себя на приличном расстоянии от берега – на ЛЬДУ!
«Господи! Бог мой! Я не умею плавать», - паника нарастала внутри нее.
- Гарри! Гарри! Я не умею плавать! – закричала она.
Всё внутри сжималось от страха, она боялась воды, ужасно боялась.
Гермиона услышала, как издали, раздаётся злобный смех слизеринок. Но ей было наплевать на них, всё внутри нее превратилось в комок страха.
Повернув голову, девушка заметила, что стекло льда, покрылось белой россыпью, и начало протекать.
- Рон, позови на помощь, я не смогу достать ее отсюда волшебной палочкой, слишком далеко, - слышала Гермиона взволнованный голос Гарри.
Дальше всё случилось так стремительно, что Гермиона даже не успела испугаться. Лёд треснул, и она провалилась. Вода сначала показалась ей огненной, а потом пришёл умопомрачительный страх, воздух исчез из лёгких. Она попыталась зацепиться за лёд наверху, но не успела. Холодная вода парализовала ее и она начала тонуть. В глазах потемнело, тело онемело, мысли замерли.
Последнее, что она ощутила это прикосновение… кто-то крепко схватил ее за руку. Но дальше она уже больше ничего не чувствовала… Было темно и холодно.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Воскресенье, 02 Март 2008, 20:33 | Сообщение # 15
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 9
Озеро(Продолжение)

***
- Северус, я хочу, чтобы ты проверил сегодня барьеры, - говорил директор, ища что-то на столе с различными приборами. – Я сегодня отправляюсь в Лондон. Сегодня поймали Пожирателя смерти, и как Скримджер говорит, это только что завербованный слуга Тёмного Лорда. Завтра будет суд.
- Где его поймали? – спросил Северус, наблюдая за попытками Дамблдора что-то найти. – И что вы ищите? – подпирая голову рукой, устало добавил он.
- Его поймали в отделе Тайн, он собирал информацию, - ответил директор. – И как бы это ни было смешно, я никак не могу найти знак главы Визенгамонта.
Северус не удержался и рассмеялся.
- Рад, что повеселил тебя, мой мальчик, но я, правда, не могу его найти, - досадовал старший волшебник.
Северус поднялся из кресла и подошёл к директору.
- А почему вы ищите его на столе, с которого любой ученик мог бы стащить его? – задал логичный вопрос Северус.
- Да я его только что перед твоим приходом положил на этот стол, но потом пошёл за книгой и забыл его убрать, - отвечал старец.
Северус чуть опять не расхохотался. Директор сущий ребёнок. Случайно Северуса привлёк какой-то блеск из кучи, которую нагрёб Дамблдор. Протянув руку, он достал из горки серебряных приборов, которым профессор не знал применения, золотую брошь.
- Думаю, это она, - заметил Мастер зелий, проницательно посмотрев на наставника и улыбнувшись.
- Спасибо, мой мальчик, - поблагодарил директор. – Беда с этими мелкими деталями гардероба, - улыбнулся тот, убирая брошь в карман мантии.
Северус ухмыльнулся, директор приподнял ему настроение, даже после того, что Мастер зелий видел, когда шёл сюда. Когда он вошёл в кабинет Дамблдора, то был буквально раздавлен, убит, тем, что преподнес ему день, а если быть конкретным, то Гермиона Грейнджер. Пока директор рассказывал ему насчет другого Крестража, который по расчетам Дамблдора находится во льдах Гренландии, Северус немного отвлёкся от давящих чувств.
И вот сейчас вроде бы стало легче дышать, словно директор специально, разыграл перед ним этот спектакль. В любом случае Северус был благодарен старому магу.
Через какое-то время оба волшебника спустились в Большой зал на обед. После обеда его ожидало две пары: одна Гриффиндор-Слизерин – седьмой курс, другая Ревенкло-Слизерин – шестой.
В общем, вторая половина дня была вполне сносной, по сравнению с утром. В четыре часа, он уже сидел в своём любимом кресле, пытаясь расслабиться. Закрыв глаза, он пытался избавиться от болезненных мыслей о Гермионе, взгляд которой, сегодня на уроке, полностью игнорировал.
Не зная, сколько прошло времени, казалось, что он задремал. Внезапно на него нахлынул холод. Холод, проникающий под кожу, пробирающий до костей. Сон как рукой сняло. Внезапно сердце кольнуло, у него даже дыхание перехватило. Такого раньше с ним не случалось, какие бы проклятия ему не приходилось переносить или какие бы кошмары не снились. Всё внутри задрожало, желудок опять начало скручивать, но это было не так, как утром. Страх поднимался в душе мужчины, необъяснимый панический страх.
«Гермиона… что-то случилось!»
- Гермиона, - выдохнул он, срываясь с места.
Он выбежал из своей комнаты и побежал вверх в гриффиндорскую башню. Студенты в ужасе шарахались от него.
Пробегая по коридору второго этажа, он мельком увидел какое-то движение за окно. Он застыл, а через мгновение прильнул к стеклу. Там была ОНА! Она, Поттер, Уизли и еще двое слизеринцев. У озера. Северус не долго думая, рванулся на улицу. Сердце выпрыгивало из груди.
Пока он пытался выбраться из замка, что-то произошло на озере, потому что когда он подбегал к берегу, то услышал крик Поттера. Он просил Уизли позвать на помощь. Северус продолжил безумную гонку, не чувствуя холода, а лишь нарастающий страх в груди, режущий всё внутри. На холме он встретил Уизли, отметив на лице парня удивление, быстро сменившееся прозрением, Северус не стал останавливаться.
Профессору даже не пришлось спрашивать, что случилось, он увидел. Гермиона лежала на льду в пятидесяти метрах от берега. Сердце мужчины остановилось, когда лёд с тихим хрустом провалился, и девушка скрылась под водой.
«Нет!»
Он метнулся к берегу, не замечая взглядов четырёх пар глаз и не заботясь о том какое выражение на его лице. Мгновение он взмахом палочки вспорол лёд, откинул ледяную плёнку, даже не слыша, как она бьется. Он ничего не видел и не слышал, только свое бешено стучащее сердце и панику поднимающуюся внутри. Холодный разум пока не позволял им прорваться. На второй секунде он скинул с себя длинную мантию и наложил на себя заклинание, не позволяющее замёрзнуть. На третьей секунде он прыгнул в воду, и всё превратилось в безумие. Только сила, его против стихии. Он не позволит умереть ЕЙ. Никогда, лучше утонет вместе с ней, но не будет продолжать жизнь без нее.
Он не знал, каким образом смог добраться так быстро или вообще добраться, но он схватил ее за руку, обхватив ее тело, прижав к себе. Мгновение он осознал, что находится под водой и не дышит, как и она.
«Я хочу, чтобы ты дышала…»
Он потянул ее вверх. Он тянул ее к берегу, она совершенно не двигалась, она не дышала.
- Не умирай, умоляю. Гермиона, пожалуйста, - вместе с паром выдыхал он, подплывая к берегу.
Потом ему помогли вытащить ее из воды. Поттер. Северус взял палочку и наложил на девушку несколько заклинаний: чтобы выдворить воду из лёгких, чтобы согреть.
Одно единственное мгновение и Северусу показалось, что его мир разбился на триллионы осколок. Всего мгновение его сердце замерло, чтобы бы больше не застучать никогда…
Она зашевелилась, она дышала…
И он задышал…
- В больничное крыло, - произнёс Поттер.
Северус схватил свою мантию, завернув в нее девушку, он как можно быстрее пошёл к замку.
Больше ничего не имело значение. Он неистово прижимал к себе бессознательную девушку. Только, что он чуть не потерял ее, но она жива, она с ним, и больше ничего не имеет значение. То, что она не любит его, это пустяк, для него теперь пустяк, только пусть живёт, пусть будет счастлива. Тогда и он будет счастлив.

***
- Альбус, не понимаю, Северус наотрез отказывается отходить от девочки, - возмущалась мадам Помфри, когда директор, узнавший от Гарри, что произошло, сразу же отправился в лазарет. – Когда он ее принес, на нем лица не было. Впервые вижу его таким, - немного растеряно призналась она. – Я вообще не видела, чтобы он так волновался за кого-то, даже за студентов своего факультета. Эта девушка, что чем-то его заразила, и он боится не найти противоядие, если она умрёт? – пошутила она.
Медсестра вместе с директором находилась в своём кабинете.
- Да, Поппи это очень редкая болезнь, - улыбнулся Дамблдор, смотря в глаза мадам Помфри. – Такую болезнь заслуживает не каждый.
- Не понимаю, - глава лазарета не понимала, чему же так радуется директор.
- Этой болезни имя – любовь, Поппи, - глаза директора озорно блеснули.
- Что? Невозможно, - не могла поверить женщина.
- Любовь невозможно обмануть и помешать тоже.
- Но, он стар для нее.
- Любви все возрасты покорны.
- Он ее учитель, - упрямо стояла на своем мадам Помфри.
- Только на пол года, - парировал Дамблдор.
- А что она?
- Она не против, поверь мне. Девочка тоже его любит, - довольно промурлыкал великий волшебник.
- Ну, хорошо, - сдалась медсестра и тоже улыбнулась директору. – Я ведь никогда не умела с вами спорить, Альбус.

***
Он сидел и смотрел на ее безмятежное лицо. Часов шесть прошло, как он принес ее в больничное крыло, и столько же часов он не смел покинуть ее. Теперь он не боялся раскрыть свои чувства перед ней, не боялся ничего. Пусть она знает, и пусть сама решает. Если призрение и отвращение, то так тому и быть… Он не против, он будет любить ее в любом случае.
Соскользнув с кресла, он встал перед кроватью Гермионы на колени и взял ее за руку, она была тёплой и живой. Он рассматривал ее небольшую тонкую ладошку, изучая каждый пальчик. Прикрыв глаза, он приник гудами к ладони. Потом он приблизил ладонь к щеке, чтобы ощутить мягкость ее кожи. Кожа была очень мягкой и нежной.
Через какое-то время он просто сидел на полу у ее кровати, положив голову на скрещенные руки. Он не думал не о чём, и не хотел думать, он просто слушал ее размеренное дыхание.
Мужчина не сразу осознал, что происходит, наверное, потому что немного задремал, но он почувствовал, что его кто-то гладит по волосам. Подняв голову, он встретился с ее взглядом. Она не отдёрнула руки, не испугалась его взгляда. Гермиона продолжала ласково поглаживать его по волосам, потом ее рука скользнула по его щеке.
Он не верил в происходящее – это всё сон. Она же не может вот так просто дотрагиваться до него, не сделала бы, не захотела…
- Это не сон, - услышан он ее тихий голос.
- Это не может быть реальностью, - произнес он, его голос дрожал.
- Но, тем не менее, это так, - улыбнувшись, сказала она. - Неужели вы думаете, я не замечала вашего отношения ко мне? Неужели вы думаете, что я не видела вашу ревность, злость, переживания и боль? Нет, Северус, - она чуть покачала головой, - я всё видела. Еще с начала года я всё знала. Я знала, что вы влюблёны в меня. – Ее глаза источали заботу и нежность. Она еще раз погладила его по щеке. – Я боялась того, что узнала, потому ничем не подавала вида, что знаю о ваших чувствах. Тогда мне было страшно, но сейчас я больше не боюсь, - она села на кровати и взяла его лицо обеими руками, он растеряно и заворожено смотрел на нее, - директор рассказал мне о вашем самомнении, о том, что вы думаете, что я никогда не смогу полюбить такого как вы. Вы очень логичный и мудрый человек, но в этом, Северус, вы допустил просчет. Я уже люблю вас, и логика здесь не нужна. – Она склонилась к его губам и нежно поцеловала.
Он очевидно еще находившийся под действием ее слов, не сразу ответил на поцелуй, но когда смысл того, что она только, что сказала, дошёл до него, он прильнул к ней и ответил на поцелуй, прижимая ее хрупкое тельце к себе.
Он целовал ее так неистово, так нежно. Она сполна прочувствовала, какие чувства живут в нем. Какая любовь, какая жажда ласки и заботы. Словно он не целовал ее, а отдавал ей свою душу.
Потом когда им стало не хватать воздуха, он просто обнимал ее, не веря в то, что происходило. Он даже рассмеялся от радости, и глаза защипало. Но неверие не уходило.
«Чёрт возьми, пусть будет проклят мир, если это сон!» - думал он.
Сердце истерически билось, бухая о стенки грудной клетки. Он чувствовал ее руки, обнимающие его за шею, ее дыхание на своей шее, ее сильно стучащее сердце. Она ЛЮБИТ его. Он был еще в шоке. Казалось, он сошёл сума, потому что такое невозможно, чтобы эта девушка любила его.
Мужчина боялся отпустить ее, страшась, что это всего лишь галлюцинация, и отпусти он ее, окажется, что он просто уснул в своей вечно тёмной комнате.
- Северус, я, обещаю вам, что это не сон, - услышал он ее тихие слова и почувствовал успокаивающие поглаживания по голове.
- Я отпущу тебя, и всё исчезнет, потому что такого не бывает, - он почувствовал, что по его лицу текут тёплые слёзы. – Никогда еще не бывало, чтобы мне улыбалась такая удача. Никогда. Я лучше умру, я не хочу просыпаться. – Он всхлипнул. Сердце болезненно сжалось.
- Мой милый Северус, тогда останься со мной, - проговорила она. – Я не хочу, чтобы вам было больно даже от неверия в меня. Ложитесь со мной.
Гермиона знала, что это вполне безопасно, если он останется с ней, даже лежа в одной кровати. Он не посмеет притронуться к ней. Он настолько шокирован ее словами, что безумно боится потерять ее. Он так прижимает ее к себе, словно она была частью его, которую было невозможно оторвать. Гермиону никто, никогда так не обнимал. Она чувствовала, что она является ВСЕМ для него. Она слышит, как он плачет от боли и от неверия в счастье. Она обязана излечить его душу и сердце.
- Заприте дверь, не нужно, чтобы мадам Помфри подумала лишнего, - посоветовала девушка.
Он достал из кармана мантии палочку, продолжая держать одной рукой девушку, и произнёс запирающее заклинание.
- Посмотри мне в глаза, Северус, - для девушки странно было так разговаривать с ним. – Посмотри не бойся.
Он осторожно отстранился от нее, боясь, что в любой момент видение закончится. Мужчина посмотрел на нее.
Она увидела его лицо. В ее душе была безумная радость, а сердце сжималось, от его боли.
- Я тебя умоляю, не плач, - она отерла с его лица слёзы, сейчас его глаза были невероятно живыми, и в них был страх. От слёз они, казалось, просветлели. – Я люблю тебя, я не хочу больше причинять тебе боль. Ты должен верить мне, мой любимый. – Она снова прильнула к его губам.
Она увлекла его на кровать. На нем были только рубашка и брюки, но раздеваться он не собирался, для этого еще слишком рано, даже если она разрешила ему лежать рядом. Он закутал ее в одеяло, мужчина не хотел, чтобы она боялась его близости.
Он лежал рядом с ней, положив голову ей на сердце, не разжимая объятья. Она погладила его по волосам и поцеловала в разметавшиеся темные локоны. И не были его волосы нисколько грязными. Она заснула, прижимаясь к нему, а он еще долго лежал, вдыхая аромат ее тела, слушая стук ее сердца и пытаясь осознать произошедшее. И, кажется, под конец, когда он начал засыпать, он всё же понял, что с ним действительно лежала ОНА, та, что заставляла его видеть в мире не только серые краски. Он счастливо улыбнулся, сил на радостные безумства не было, и он просто заснул.
Впервые его сон был счастливым.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Понедельник, 10 Март 2008, 20:56 | Сообщение # 16
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 10
Рон

Окна, на противоположной стене от кровати Гермионы, были исписаны морозными узорами. Солнце купалось в чистой синеве неба. Слышно было пение птиц, особенно одной маленькой сине-зеленной, мелодию которой девушка уже без сомнений угадывала.
Золотой лучик игриво скользнул по лицу прекрасной девушки, пытаясь разбудить спящую красавицу. Ресницы всколыхнулись, и глаза медленно раскрылись. Сначала девушка не совсем осознала, где находится, но, почувствовав у себя на груди тёплую тяжесть, Гермиона мгновенно всё вспомнила. Он лежал рядом с ней – спал, всё еще обнимая ее. Девушка счастливо улыбнулась и откинула несколько темных прядок спадающих на его лицо. Северус был спокоен, оттого Гермионе показалось, что его лицо помолодело лет на десять. Не было морщин, которые возникали в гневе, не было грозного взгляда, и кругов под глазами тоже не было. Он казался таким милым и беззащитным, как маленький черный котёнок, свернувшийся у нее под боком.
«Кто же тот олух, что твердил, что ты не красив, - думала девушка. – Ты просто прекрасен». – Она гладила его по волосам.
Было так хорошо чувствовать его рядом с собой. Близость взрослого мужчины не пугала ее сейчас так, как это было раньше. Желание поцеловать Северуса стало просто непреодолимым, но она не хотела разбудить его. Вчерашние поцелуи, сейчас, казались, чем-то сказочным, и девушке так хотелось опять почувствовать вкус его губ, жаркое дыхание и блеск любящих глаз. Его руки держащие ее так крепко и надёжно – то о чём она всегда мечтала.
- Я так люблю тебя, - шептала она и почувствовала, что всё же не сможет сдержаться.
Она пошевелилась, ей нужно было выбраться из кольца обнимающих ее рук, чтобы приблизиться к его лицу. Но только она сделала несколько движений, как почувствовала, что он вздрогнул. Она посмотрела на него и увидела, как открываются карие глаза, как в них вспыхивает непонимание, а затем радость.
- Доброе утро, - сказала девушка, притрагиваясь к его щеке и улыбаясь. – Извини, что разбудила.
- Что ты, - тихо произнес он, и поймав руку гриффиндорки, гладящую его по щеке, поднёс ее к губам. – Ты уверена, что не передумала? – с замиранием сердца, спросил он, в его глазах появился страх.
Вместо ответа, Гермиона села на кровати, он тоже сел, продолжая смотреть на нее. Она отвела волосы с его лица и рассеяла его сомнения и страхи, поцеловав. Девушка ощутила, как радость заполняет его, как счастье блестит в его чуть приоткрытых глазах, когда он отвечал на ее поцелуй. Она обняла его за шею, углубляя поцелуй, он снова прижал ее к себе. Время остановилось, продлевая момент счастья, радости и жизни. Он никогда не ощущавший радости жизни, захлёбывался от ее познания. Он всем сердцем и душой принадлежал Гермионе, и отдавал всего себя. Северус почувствовал, те же чувства с ее стороны. Она любит… ЕГО любит. Осознание этого снова и снова заставляло его сердце счастливо подпрыгивать.
- Надеюсь, такой ответ тебя устроил, - прижимаясь щекой к его виску, проговорила девушка. Она стояла на коленях, возвышаясь над ним сидящим на кровати. Он был не против ее доминирования.
- Этот ответ вполне подходит, - улыбаясь, ответил он. – Если бы ты знала, что я даже мечтать об этом себе запрещал. Гермиона, как ты смогла полюбить меня? – теперь он верил ей, верил в ее любовь. – За что ты могла полюбить такого как я? Я не разу доброго слова не сказал ни тебе, ни твоим друзьям. Как? – он отстранил ее на длину вытянутых рук, чтобы заглянуть ей в глаза.
- Но почему ты думаешь, что тебя не за что любить? – вопросила девушка, тоже смотря в его глаза. – То, что ты язвишь и злишься, говорит лишь о том, что жизнь у тебя тяжелее, чем у любого другого человека. Ведь твоя жизнь, Северус, невероятно тяжела, и ты еще пытаешься жить ею. Каждый раз, отправляясь к Тёмному Лорду, ты безумно рискуешь. И то, что ты умудряешься обмануть его, говорит о том, что твоя прошлая жизнь была очень болезненна. И ты всё-таки не его слуга, ты, нашёл в себе силы бороться. – В его глазах блеснуло одно чувство, которое Гермиона очень хорошо поняла. – Нет, Северус, я с тобой не из жалости, - улыбнувшись, проговорила она и запустила свою руку в его тёмные пряди, убирая их ему за ухо. – За эти несколько месяцев, после того, как я заподозрила о твоём расположении ко мне, я стала много думать относительно того, что ты делаешь, как ты это делаешь и, что говоришь. Я отмечала правильность твоих решений. Сначала мне было просто интересно, что такой человек, как ты обратил на меня внимание. Я боялась разочаровать тебя, я боялась не оправдать твоих надежд, как женщина или как интересный человек. А еще я боялась, что наскучу тебе, - она видела, что на его лице появляется негодование и, что он собирается прервать ее. – Постой, не перебивай меня, пожалуйста, - попросила она. – А также я думала, что я нужна тебе только, чтобы развлечься и не более, потому что, как я смогла так просто увидеть, что ты пытаешься скрыть от меня?
- Никогда, никогда бы я так не поступил! – не выдержал он, его глаза взволновано и сердито заблестели.
- Северус, тогда я не могла знать этого! – забеспокоилась она и взяла его за руку, чтобы успокоить. Девушка прижала его кисть к груди. Это подействовало, он замолк, и теперь просто взволновано смотрел на нее. – Только после разговора с директором, я успокоилась.
- С тобой разговаривал, Альбус? – это было шоком для него. Хотя как он мог забыть, ведь директор говорил ему, что он разговаривал с девушкой, тогда на квиддичном поле, когда она не пришла к нему на урок. Именно тогда старый волшебник и упомянул, что Гермиона влюблена. Северус сжал руку девушки, говоря, чтобы та продолжала.
- Директор уверил меня, что твои чувства искренни и что ты никогда не причинишь мне боли, - видя, что мужчина опять заволновался и хочет что-то сказать, девушка поднесла палец к его губам. – Позволь мне закончить, – Справившись с собой, Северус кивнул, Гермиона убрала палец. – Профессор Дамблдор развеял мои страхи, и я ему благодарна. После этого я стала еще внимательней к тебе. Мне очень нравилось, что ты говорил, - она заметила, как брови мужчины поползли вверх, девушка усмехнулась. – Профессор МакГонагалл посоветовала мне смотреть в подтекст твоих слов.
- Ты разговаривала обо мне с Минервой? – опять был удивлён Снейп. – И она была не против нас?
- Да, нет, конечно, - рассмеялась Гермиона, этот ответ был немного двусмысленен, и девушка поспешила продолжить. – Я разговаривала с ней не о нас, а о своей научной работе. Именно она посоветовала мне для работы взять Зельеварение, я же тебе говорила, - девушка хмыкнула. – Профессор посоветовала мне спросить у тебя о выборе научной работы, тогда она и намекнула не обращать внимания на твои холодные слова, а смотреть глубже.
Северус не удержался от гордой ухмылки.
- После того, как ты отправился на вызов Темного Лорда, - продолжила она, чуть склонив голову и чуть тише, - я поняла, что далеко не равнодушна к тебе. Я сума сходила, после того, как директор рассказал мне, что ты ушел на встречу Пожирателей. - Девушка почувствовала, что дрожит, воспоминания вспыхивали в голове. Потом она почувствовала, что Северус притянул ее к себе.
Нежно обнимая, он гладил ее по спине, эти мягкие движения успокоили дрожь Гермионы. – Я так боялась, что не успею сказать тебе о своих чувствах. – Девушка прижималась к его груди.
- Если б я только знал, - тихо проговорил он.
- Я знаю, Северус, - проговорила она, несколько минут они молчали. – Все эти месяцы я ждала, что ты сделаешь первый шаг, и только вчера поняла, что ты этого не сделаешь. Я ведь видела, как тебе было больно видеть меня с Роном. Прости, меня за это. Как глупо! Но я не понимала, что тебе будет больно. Прости меня!
- Гермиона, милая моя, мне не за что тебя прощать…моя дорогая, моя прекрасная девочка… - шептал он. – Я готов гореть в аду ради твоего счастья. Если бы ты даже не любила меня, я не сказал бы тебе ни слова, ничего не сделал бы. Ты не обязана любить такого как я. Только вчера я окончательно понял это, тогда, когда чуть не потерял тебя. Если бы ты была счастлива с Уизли, то я бы смирился и был бы счастлив за тебя.
- Рон никогда не интересовал меня, Северус. Только ты. Все мои мысли были только о тебе, где бы я не находилась, чтобы не делала, - она почувствовала его улыбку. – Ты очень похож на меня, Северус. До этого года я чувствовала себя безумно одинокой, но с тобой, на наших дополнительных уроках я ощущала странное чувство полноценности. Ты так хорошо понимаешь меня, ты знаешь о чём я думаю. Я понимаю о чем ты говоришь, раньше я боялась не понять, но теперь знаю, что мыслим мы одинаково.
Северус внимательно слушал девушку, не перебивая. Ему было так приятно слышать всё, что она говорила, о ее чувствах к нему. Он готов был расцеловать ее от радости.
«А собственно, что мне мешает?» - хмыкнул внутренний голос.
Мужчина чуть отстранился от девушки, чтобы заглянуть ей в лицо. Девушка смущенно отводила глаза. Северус тихо рассмеялся.
- Гермиона, я был одинок в два раза дольше тебя, - тихо проговорил он, и немного задумавшись, спросил. – А сколько лет твоим родителям?
Гермиона сразу же подняла голову и хотела уже начать тираду, о том, что совершенно не считает его старым. Но она не успела произнести ни слова. Его губы завладели ее. Девушка широко раскрыла глаза, в них было возмущение, по поводу того, как он посмел таким образом прервать ее, но в следующее мгновение ее почти прозрачные веки опустились. Его поцелуи были настолько сладки, они околдовывали, заставляли просить всё больше и больше.
Они оба словно пили из одного источника исцеляющий напиток. Он был так нежен, так внимателен, исследуя ее небо и лаская язычок. Она еще не так властно отвечала ему. Ее немного смущало, что она целует взрослого мужчину, но чем чаще Северус дарил ей ТАКИЕ волшебные мгновения и чем пламенней были поцелуи, тем быстрее она привыкала к его близости. Не говоря о том, что после его поцелуя у нее безумно кружилась голова, что хотелось прижаться к мужчине, и слушать громко стучащее сердце и чувствовать разливающееся счастье в душе.
Когда сладостное мгновение в очередной раз закончилось нехваткой воздуха, девушка не стала открывать глаза и просто сидела на постели, пытаясь отдышаться. В следующее мгновение она ощутила его губы у себя на шее, а потом на чуть оголенном плече. Гермиона распахнула глаза.
- Северус, не надо…
Снейп мгновенно замер, он поднял голову и посмотрел на нее. В ее глазах был страх и она мелко задрожала. Мужчина понял в чём дело. Она пока боялась такой близости. Даже с ним она боялась этого. Гермиона была еще не готова.
- Прости, я не хотел тебя напугать – искренне прошептал мужчина.
- Северус, я люблю тебя, но я пока не готова к… - она зарделась и попыталась отвернуться.
- Не волнуйся, я всё понимаю. Я никогда не притронусь к тебе без твоего на это согласия, - он помешал девушке отвернуться, взяв ее за подбородок, и приподнял личико. – Посмотри на меня, любовь моя, - мягко попросил он и, когда девушка подняла на него смущенный взгляд, продолжил. – Ты должна доверять мне. Я лучше умру, чем причиню тебе боль. – Серьёзно произнёс он, его глаза блеснули.
Девушка робко улыбнулась.
- Спасибо, тебе.
- А теперь, я считаю, мне лучше снять заклятие с входной двери, иначе мадам Помфри всё же подумает не об очень хороших вещах, - он усмехнулся. – Тебе в отличие от меня сегодня на уроки идти не надо, - заметил он, поднимаясь с кровати и разминая спину.
- Что? – возмутилась девушка. – Я хочу пойти на уроки! – Она тоже вскочила с кровати.
На ней была белая ночная рубашка, которая была такой большой и белой, что Гермиона от отвращения поморщилась.
- Не стоит возражать, я не пущу тебя на уроки, ты еще не до конца здорова, - его голос стал строгим, но не так, как раньше. Он достал, из кармана, висевшей на кресле около кровати, мантии, часы и заглянул на циферблат. Время было только семь часов. Отлично он успеет добраться до своих комнат без проблем. Северус забыл о часах, когда понял, что Гермиона молчит. Он обернулся в ее сторону, она стояла около спинки кровати и смотрела на свою мантию, висевшую на ней. Девушка о чём-то задумалась.
Мужчина подошел к гриффиндорке.
- Всё в порядке? – обеспокоено спросил он. – Тебе не стоило подниматься. – Он дотронулся до ее плеча.
- Это ты вытащил меня из озера? – она посмотрела ему в глаза.
- Да.
- Откуда ты узнал, что мы на берегу?
- Предчувствие подсказали мне, что с тобой что-то не так, - искренне произнёс он. - Я пошёл искать тебя и увидел, в окне, что вы на берегу озера, - немного поразмыслив, он добавил - Я никогда не следил за тобой, Гермиона. Доверяй мне, пожалуйста.
Гермиона согласно кивнула и довольно улыбнулась.
- Спасибо, что спас меня, - поблагодарила девушка.
Он ничего не сказал, понадобилось бы много времени, чтобы объяснить девушке насколько она дорога ему, и что он не захотел бы жить, если б она умерла. Мужчина просто подошел к ней и обнял. Она обхватила его руками. Северус был выше ее на несколько дюймов. Гермиона положила голову ему на плечо. Снейп удивился, девушка была так худа. Когда они лежали, на ней было одеяло, но сейчас он обнимал ее лишь в одной тоненькой ночнушке. Ему так хотелось провести ладонями по ее тонкой талии, остановиться на идеальных бёдрах, потом обратно… Но он быстро избавился от этих мыслей, она боялась этого. Он будет ждать, сколько бы ни потребовалось ей времени. Северус вспомнил жадные руки Уизли, который позволял себе лапать это божество. Снейп блеснул глазами. Уизли больше никогда не дотронется до ЕГО нежного ангела, иначе Северус оторвёт ему не только руки, но и нечто другое, чем мальчишка привык думать, находясь рядом с Гермионой.
- Думаю, тебе не стоит стоять босиком на холодном полу, - строгим голосом заметил он, отпуская девушку.
Гермиону нисколько не обидел его тон, она лишь отметила заботу в словах любимого.
- Я могу прийти к тебе на занятия, сегодня? – робко спросила девушка.
- Конечно, приходи, - согласился он. – Только отдохни немного, и вечером можешь прийти. Только окклюменции не будет, тебе сегодня нельзя, - строго проговорил он.
Она не возразила.
- Удачи тебе на уроках, - сказала она, забираясь на кровать.
- Отдыхай, - он накинул себе на плечи мантию, и пошел к двери, попутно снимая запирающее заклинание.
Он практически дошёл до двери и, уже открыв одну створку, замер. После чего опять закрыл ее и обернулся к девушке, которая смотрела на него.
- Гермиона… - неуверенно.
- Я люблю тебя, - было ему ответом.
- Спасибо.
- Увидимся вечером, - улыбнулась она.
Он тоже улыбнулся, его глаза лучились счастьем.

* * *
- Гермиона, как ты себя чувствуешь? – входя в больничное крыло, спросил Гарри, в его глазах было беспокойство.
- О, Гарри, всё хорошо, - девушка просто светилась счастьем.
Она сидела на кровати в руках у нее была толстая книга.
- Я вижу, сегодня что-то такое произошло, что ты аж вся светишься? – послышался холодный голос, входящего в двери госпиталя, Рона Уизли.
Рон был очень бледен, под глазами залегли нездоровые круги, глаза были темнее обычного, и сам-то он был весь напряжён.
- Что-то случилось, Рон? – спросила девушка, смотря на друга, где-то глубоко внутри она догадывалась, почему друг так выглядит.
- Совсем ничего, вот только моя девушка всю ночь провела с сальноволосым ублюдком, - саркастично проговорил он. – Ну, и как он сумел удовлетворить тебя?
- Что ты несёшь! – вспыхнула Гермиона. – Всю ночь я была одна.
- Да, конечно. Я видел, как он уходил сегодня утром, - холодно ответил Рон.
- Он приносил мне зелье от переохлаждения. Всю ночь я провела, чуть ли не в инкубаторе, оттаивая! – закричала девушка. – Это зелье я должна была принять спустя двенадцать чалов, после обморожения. Иначе я просто бы умерла.
Выражение лица Уизли сменилось на недоверчивое.
«Слишком импульсивен и туп!» - в сердцах подумала Гермиона.
Нет, девушка прекрасно понимала, что парень прав в своих догадках и Гермиона действительно провела ночь с профессором, но только не в том смысле, в котором представляет себе Рон. Её поразило то, что Уизли клявшийся ей в любви, одновременно ни капли не доверял ей.
- И что же я слышу от того, кто считается моим парнем? Упрёк, ревность, недоверие! Ты дурак, Рональд Уизли, и к тому же круглый идиот, – Гермиона была в ярости. - Я не хочу больше иметь с тобой никаких отношений, ты никогда не понимал меня. Я не желаю, видеть тебя, убирайся отсюда!!! – так громко вскричала она, что ее голос отозвался эхом по помещению.
Рон ошарашено смотрел на девушку, не двигаясь с места.
- Ты, что не слышал меня? - холодно прошипела она. - Убирайся!
- Гермиона, - немного умоляюще.
- Я сказала, уходи, - категорично и холодно.
Её глаза сердито блестели, она была в бешенстве. Как Рон может думать, что она настолько доступна или распутна. О какой любви может идти речь с его стороны, если он даже не понимает, какая Гермиона. Он думает, что если она красива, и имеет бесчисленное множество почитателей, то непременно спит с ними.
- Никогда, Рон, еще никогда в жизни меня так не оскорбляли, - презрительно прошипела девушка. – Если ты сейчас же не выйдешь, я сопровожу тебя проклятием. – Грозно, уподобляясь манере произношения Северуса, проговорила она.
«Странно, никогда бы не подумала, что он так обозлён и завистлив. Что-то в нем изменилось», - мысли в голове девушки не напряжённые, а напротив спокойные. Она заметила, что ее бывший друг очень изменился за последнее время. Возможно, это она виновата в его изменение. Раз в жизни он посчитал, что ему досталось что-то стоящее, то чего не было у других – ему досталась Гермиона. В каком-то роде красавица Гриффиндора была для него вещью, которую он хотел сохранить только для себя, чтобы быть первым, кто использует ее. Рон ненавидел обношенные вещи, которые всегда доставались ему от братьев. Потому парень, пусть неосознанно, считавший девушку вещью, так реагировал, на всех ее знакомых. Гриффиндорка чувствовала это и потому она считала, что Рон ее не любит. Он просто хочет первым обносить вещь.
Сейчас в его глазах блестела не вина, как бывало после их сор, в которых Гермиона доказывала ему свою правоту, сейчас голубые глаза светились убежденностью. По его взгляду девушка поняла, что он не верит ей, но Гермионе было наплевать. Она не считала себя вещью, и не позволит, чтобы этот идиот считал ее таковой.
Парень еще несколько секунд презрительно смотрел на девушку, но потом поспешно вышел из лазарета со странным выражением на лице и блеском в глазах.
- Сильно ты его, - тихо заметил Гарри, но в его словах не слышалось осуждения. Он был согласен с подругой. Рон действительно несправедлив по отношению к ней. - Я смотрю, тебя сегодня освободили от уроков. Скучаешь здесь? - спокойно проговорил юноша с лёгкой улыбкой на губах.
Гарри подошёл к кровати девушки.
Гермиона тоже улыбнулась другу. Не стоило расстраиваться из-за Рона, она с самого начала говорила ему, что может ничего не получиться и, как всегда, оказалась права. Тем более Уизли сам виноват.
- Да, нет, не очень скучно, - призналась она, вздыхая. – Вот сижу, читаю книжку, думаю… - она хитро улыбнулась другу, ему она могла доверять, как никому другому.
- Вижу, что разговор с профессором Снейпом удался, - довольно заметил он, его глаза лукаво блеснули. – Если тебе хочется поговорить, то я с удовольствием тебя выслушаю.
Гермионе хотелось поговорить с ним, ей не просто хотелось поговорить с кем-то, ей хотелось кричать о любви к Северусу на каждом углу замка и всего мира! Её сердце пело, а душу заливало ярким светом. Ни это ли счастье?
- Подожди секундочку, - проговорила девушка, беря с тумбочки волшебную палочку и накладывая на дверь больничного крыла запирающее заклинание, а на комнату заглушающее.
Юноша опустился на краешек кровати Гермионы.
- Думаю, всё прошло удачно, коль Снейп не покидал тебя до утра? - как ни в чем не бывало, проговорил парень и хитро блеснул глазами-изумрудами.
- Откуда ты знаешь, что он был со мной до утра, - притворно подозрительно поинтересовалась Гермиона, приподнимая одну бровь.
- Неужели ты думала, что после того, что с тобой случилось, я спокойно пошёл спать. Я был здесь вчера, стоял под дверь, и ушел только после полуночи. Не знаю, конечно, что делал Рон. После того, что случилось на озере, он сразу как-то помрачнел, но, честно говоря, я не уверен, что он так уж переживал из-за случившегося. Когда тебя унес профессор, на его лице появилась такая ярость и обида, что я впервые подумал, что передо мной совершенно неизвестный человек. Мне показалось, что он ревнует.
- Да так оно и есть, Гарри, - спокойно согласилась девушка. – Ему безразлично, что мне угрожала опасность. Он никогда не замечал моих страхов и боли. Я для него всего лишь игрушка и он злится, потому что ее у него отбирают. Рон не понимает, что я ему никогда не принадлежала, он расценивает меня как собственность, которая беспрекословно должна следовать его желаниям. – Хладнокровно констатировала девушка, словно все это ее не касалось. - Хотя в одном, вы с ним правы, - Гермиона радостно засияла. – Северус был со мной всю ночь.
- И, что вы делали? – он пытался не смущаться, но всё равно щеки немного порозовели.
Гермиона, конечно, не собиралась рассказывать всё в подробностях, потому что ЭТО было только ее и Северуса, но успокоить друга она могла.
- Мы разговаривали с ним, - начала она, пропустив несколько ярких моментов: ее пробуждение, его поцелуи, ласку, нежность. – Я рассказала ему, что давно знала о его чувствах, и что они взаимны.
- И как он отреагировал на это? – казалось Гарри, странным образам, это только и интересовало.
- Он был безумно рад моим словам, - уклончиво ответила Гермиона, естественно она не стала говорить другу о чувствах Северуса, о том, что мужчина плакал, и о том каким своеобразным методом она успокоила его – положив его с собой в кровать. – Он признался мне, что тоже любит меня.
- Ох, Гермиона, ты точно уверена в нем? – немного обеспокоено и устало вопросил друг.
- В том, что он говорил, и как он это говорил, я могу сказать, что он безумно любит меня, - произнесла Гермиона.
Гарри на несколько минут задумался, но потом, подняв на девушку взгляд, спросил:
- А, что потом было, после разговора?
Если бы о подобном спросил Рон или кто-нибудь другой, то девушка бы вскипела от злости, что ей не доверяют и сомневаются в ее порядочности, но в случае с Гарри, она уверенна, что юноша переживает за нее.
- Он поцеловал меня, Гарри, а потом я заснула. Он просидел в кресле всю ночь, - спокойно, ответила девушка, кивнув в сторону кресла у кровати. – А сегодня рано утором он ушёл.
Гарри улыбнулся.
- Я очень рад, что ты счастлива, Гермиона. Пусть я не очень люблю Снейпа, но почему-то знаю, что в отношении тебя он не такой, как со всем остальным миром. Даже я готов признать, что он хороший человек. Если только проговоришься ему об этом, прибью, - он погрозил девушки пальцем.
Гермиона рассмеялась, парень тоже.
- Я с первого курса твержу тебе, что он хороший человек, - с укором проговорила девушка, но в ее голосе слышалась смешинка.
- А разве не ты поддержала меня, на том же первом курсе, что Снейп хочет убить меня. И даже подпалила ему мантию на квиддичном матче, - парировал юноша.
На лице девушке появилась озабоченность, а в глазах вина.
- Действительно, надо будет извиниться перед ним.
- Не вздумай, он же не знает, кто это сделал, - спохватился Гарри.
- Ученики во многом не правы, думая, что Северус желает им зла. От его руки по-настоящему никто никогда не страдал в этой школе. Он готовит нас к взрослой жизни, он хочет показать нам, что жизнь в любой удобный момент может ударить по нам, и мы должны быть готовы к этому.
- Ладно, возможно, в этом я с тобой согласен, - согласился парень и усмехнулся. – Тогда объясни мне покровительство с его стороны к своим слизеринцам? Он ни разу не снял с них баллов. – Это был почти не вопрос.
- Ну, МакГонагалл, несмотря на всю свою строгость, тоже нам покровительствует. Каждый декан снисходителен к своему факультету, нежели к остальным, и Снейп не исключение, - рассудила гриффиндорка. - Хватит задавать глупые вопросы, неужели…
- Гермиона, - лицо юноши немного преобразилось, стало печальнее, девушка замолчала, - я хочу попросить тебя узнать у него одну вещь…
- Какую?
- Спроси его, почему он ненавидит меня, - парень посмотрел в лицо девушки. – Я знаю, что это не из-за моего отца. Как ты правильно говоришь, Северус Снейп очень умный человек, и я думаю, что он не настолько глуп, чтобы ненавидеть меня за издевательства моего отца над ним.
- Я спрошу, Гарри, - пообещала девушка. Подобный вопрос, что мучил Гарри, девушка уже рассматривала и пыталась найти ему объяснение, но пока ни к чему не пришла. Но должно же что-то быть, за что Северус так возненавидел Гарри Поттера.
- Спасибо, - проговорил юноша.
Несколько минут они молчали, думая каждый о своём, но потом лицо Гарри засияло, и он возбуждённо проговорил:
- Надеюсь, ты выздоровеешь до завтра? Если ты не забыла завтра квиддич, и я хочу, чтобы ты была на матче, без возражений, - категорично отрезал юноша, грозно смотря на девушку.
- Конечно, я приду, - поспешила заверить его Гермиона. – Я уже сегодня выйду отсюда. У меня в два часа дополнительные занятия.
- О, - протянул парень. – Любимое Зельеварение с не менее любимым преподавателем. Интересно как он будет тебя называть? О, мой любимый, засушенный корешочек гортензии! – издевательски проговорил Гарри, слезая с кровати девушки и отходя подольше. - Твои глаза так же прекрасны, как вот эти древесные гусенички…
Договорить парню не удалось, девушка кинула в него подушку, а потом, отбросив одеяло, вскочила с кровати и, грозно сверкая глазами, кинулась на него с кулаками.
- Я тебе сейчас покажу, как издеваться надо мной.
Конечно, всё это было лишь игра, и никто из них не обижался друг на друга. Поттер в течение следующих тридцати минут лишился несколько десятков волосков на голове, за то, что сказал, что Гермиона и Снейп будут отлично дополнять друг друга, как кактус и бритва. Девушку только развеселили слова друга.

* * *
День был просто великолепным, настроение было на верхушки возможного. Счастье переполняло его душу, сердце пело. Впервые в жизни Северус чувствовал себя так хорошо и свободно. Он даже не видел смысла снимать баллы с нерадивых учеников, за их повседневную глупость на уроках. Профессор пытался не замечать на себе озадаченных и удивлённых взглядов, ему было всё равно, что они думают. Впервые ему так хорошо и он не намерен портить себе настроение из-за своей репутации. Теперь это не имеет значение.
Он с нетерпением ждал двух часов, что сразу же после обеда спустился в подземелья, чтобы, как ни странно не приготовить класс для занятий с Гермионой, а привести себя в порядок к ее приходу.
Жизнь, как не переставал удивляться зельевар, опять преподнесла ему сюрприз, который впервые оказался настолько невероятным. На его губах всё еще оставался вкус ее губ, руки всё еще помнили тонкий изгиб ее талии, тело – помнило ее тепло и громко стучащее сердце. Ее робкий немного испуганный взгляд, а потом смелый поцелуй. Северус все еще слышал ее слова, ее успокаивающие прикосновения. Она переборола свой страх перед ним, чего не мог сделать он перед ней.
Каждую минуту этого дня, мужчина думал только о ней, и даже на уроках. Он, конечно, пытался скрывать невольные улыбки, которые появлялись на его лице, при мыслях о ней, когда ЕЁ слова ярко вспыхивали у него в голове: «Я люблю тебя».
Войдя в свои покои, он сразу же пошёл в ванную. Медленно раздеваясь, он, не замечая ничего, что делает, продолжал думать о ней. Когда чуть тёплая вода коснулась его кожи, дурманящая дымка воспоминаний и чувств рассеялась, он немного протрезвел, если можно так выразиться. Гермиона поистине опьяняла похлещи любого крепкого вина. Мысли потихоньку начали обретать рациональность и упорядоченность. Наконец-то, он окончательно принял факт случившегося, и потому в мыслях начали всплывать детали вчерашнего дня.
«Надо выяснить, что произошло на озере, почему она оказалась на льду!»
Северус мысленно очень долго ругал себя за такую оплошность с его сторону. Вчера и сегодня утром он абсолютно забыл расспросить ее об этом. Он был так счастлив, из-за того, что с ним произошло, что совершенно забыл обо всём на свете.
«Что я за идиот! Думаю только о себе», - ругал он себя, прислонившись спиной к кафельной стенке.
Поругавшись с собой еще какое-то время, и пообещав себе покарать нападавших на Гермиону, мужчина все же начал приводить себя в порядок. Выбираясь из ванны, он уже точно знал о чём пойдёт сегодня разговор на дополнительном курсе с девушкой.
А так же вчера он совершенно забыл, что директор поручил ему проверить щиты. Северус даже отдаленно не вспомнил о просьбе директора. После того, что случилось, Северус был уверен, что Дамблдор понял, что Снейп и не вспомнит о щитах. Сегодня на завтраке директора не было, как тот и говорил, он отправился в министерство.
Мужчина вышел в спальню, чтобы подобрать что-нибудь иное, нежели его привычная мантия. Распахнув платяной шкаф, Северус критичным взглядом обвёл свой гардероб.
- А чего ты хотел ожидать, целый шкаф фраков? – обращаясь к своему привередливому «я», проговорил мужчина.
В основном в шкафу практически ничего не было, только два одинаковых школьных костюма, пара чёрных плащей, внизу черные батники и... Мужчина присел, чтобы достать нечто непонятное забившееся в угол.
- Вот не думал, что у меня есть, что-то подобное, - искренне удивился профессор.
В руках он держал тёмные не форменные брюки и черный свитер, с длинным воротом. Несколько минут он рассматривал свитер, теребя его в руках, его ему подарила мама. Сколько лет прошло с того дня? Достаточно, чтобы не вспоминать.
Поднявшись на ноги, он начал примерять старые вещи.
Брюки были немного узки, возможно, потому, что мужчина давно не надевал ничего подобного, но они не стесняли движения. Северус даже не помнил когда успел приобрести их. Свитер был как раз. Когда-то давно он был великоват для юного Северуса, но сейчас был в самый раз. Вернувшись в ванную комнату, где находилось одно единственное зеркало, мужчина осмотрел себя.
«Надеюсь, ей понравится», - обеспокоено подумал Снейп, рассматривая себя со спины.
На самом деле Ужас Подземелий выглядел очень хорошо: брюки сидели идеально, свитер не облегал, но подчёркивал стройность мужского тела.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Понедельник, 10 Март 2008, 20:58 | Сообщение # 17
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 10
Рон (продолжение)

***
Гермиона вышла из своей комнаты и направилась в подземелья, она немного опаздывала. Из лазарета она ушла вмести с Гарри. Мадам Помфри порекомендовала девушке сегодня вечером еще раз зайти к ней и взять несколько лекарства от простуды. Гермиона сказала, что у нее сегодня урок с профессором Снейпом, и медсестра странным образом приказала девушке взять у профессора нужные зелья. Это замечание, медсестры очень удивило Гермиону. С чего это мадам Помфри надеется, что Северус Снейп, в ее случае, начнет проявлять интерес к благотворительности.
Ее комната в Гриффиндорской башне, встретила девушку холодной пустотой. Эльфы, кажется, не стали утруждать себя разжигать камин в виду отсутствии хозяйки квартиры. После освежающего тёплого душа, капли, которого напомнили девушке о нежных прикосновениях и объятьях мужчины, Гермиона высушила волосы и начала собираться. Очень тщательно подбирая одежду, девушка продолжала думать о НЕМ. Только о Снейпе она весь день и думала, хоть и делала видимость, что читает книгу, тогда в медицинском крыле, когда пришёл Гарри. На самом деле ее мыслями еще владели вчерашний и сегодняшний моменты, когда она была с Северусом – в его объятьях. Его глаза всюду преследовали ее. После того, как он утром ушел, ее не оставляло желание побежать за ним, найти и снова почувствовать тепло его тела, услышать его голос, который, как путы обволакивали ее в кокон спокойствия и умиротворения. Девушка безумно жаждала снова ощутить сладость его божественного поцелуя, от которого мир вертелся только вокруг них.
Всё вокруг вдруг стало таким простым и светлым, и казалось, что нет ничего невозможного. За окнами, мимо которых проходила девушка, светило солнышко, всю территорию школы замело снегом. Деревья теперь стояли нарядные, переливаясь всеми оттенками серебра. Гермиона была просто уверена, что замок, со стороны, выглядит, как на картинке. На душе сразу становилось весело и тепло, хотелось смеяться, шутить, совершать какие-нибудь глупые нелепости.
Но, наверное, все же не у всех бывают настолько счастливые дни. И Гермиона относится к этим всем. Спускаясь на второй этаж, девушка встретилась с хмурым веснушчатым лицом. Несколько минут они оторопело смотрели друг на друга, в странном удивлении, что встретились. Они стояли, как раз на том месте, где день назад их, целующимися, застукал Снейп.
Гермиона попыталась сделать безразличное выражение лица и пройти мимо, но Рон преградил ей дорогу.
- Отойди, Уизли, - хладнокровно проговорила девушка, хотя в ее голосе звучали угрожающие нотки. Она попыталась обойти его, но парень не пустил ее.
- Подожди, мне надо поговорить с тобой, - в стремлении задержать девушку, парень схватил Гермиону за запястье.
- Отпусти меня, мне больно! – вскрикнула гриффиндорка, схватившись за его руку удерживающую её.
Парень, кажется, не понимал, как крепко схватил девушку.
- Я хочу знать, почему ты бросила меня? Кому ты предпочла меня? – проговорил он, его глаза недобро блестели.
- Рон, отпусти меня! – она стала вырываться.
- Скажи, Гермиона!
- Нет, нет у меня ни кого! Отпусти! – на глаза начали наворачиваться слёзы из-за боли в запястье.
- Этот грязный урод, да? На него ты меня променяла?! – его лицо темнело от ярости и злости, он продолжал сжимать руку девушки.
- Пусти!
- Нет, уж тебя я никуда не отпущу! Ты моя! – он насильно приблизил ее к себе и хотел поцеловать.
Гермиона понимала, что парень не в себе. Она позволила ему поцеловать себя, но лишь для того, чтобы он расслабился. Когда она почувствовала, что его хватка на ее руке ослабла, то со всей силы ударила коленкой ему в пах.
Парень задохнулся и, скрючившись, упал на пол. Гермиона сорвалась с места. Девушка, не оглядываясь, бежала в подземелья.
«Зачем, Рон? Как ты мог!»
Она была напугана действиями юноши. Рон никогда не вёл себя так, и она никогда не подумала бы, что он способен на насилие над ней. Гермиона считала его другом, вот уже семь лет. Почему он так изменился, он никогда не был таким. Она думала, что знала этого юношу, но ошиблась.
Девушка прижимала пульсирующую и болящую руку к груди, на запястье уже начал проявляться синяк. На глазах блестели слёзы, но ни сколько из-за боли в руке, а скорее из-за предательства друга. Теперь она ненавидела Рона.

Она добежала до подземелий, до ЕГО двери. Девушка остановилась перед дверью, чтобы выровнять дыхание и немного успокоиться, она не хотела беспокоить Северуса своими проблемами. Так она простояла еще две минуты.
Подняв левую руку, она постучалась. Ответа не последовало, она постучала еще раз. Девушка услышала быстрые шаги и дверь распахнулась.
Он смотрел на нее, его взгляд был нейтрален, ни каких чувств, никакого блеска. Мужчина молча отошел, пропуская ее внутрь, также молча закрыл за ней дверь. Гермиона сначала не поняла в чём дело, неужели что-то случилось? Сейчас он не был таким, как прежде, не было на лице усмешки, презрения, но и не было и утренней радости, была лишь усталость. Девушка терялась в догадках, не смея произнести ни слова, пока ее взгляд не скользнул по часам, висевшим над учительским столом. Девушка замерла. Время было тридцать пять минут третьего.
«Боже, я так опоздала… О, нет! Он подумал, что я не приду, подумал, что я надсмехалась над ним утром!» – ужаснулась девушка.
Гермиона забыла про свои проблемы и посмотрела на Снейпа.
Северус не смотрел на нее, он вообще отошел от нее как можно дальше. Она все еще топталась на пороге, а профессор стоял у своего стола, оперевшись об него руками. Гермиона подошла к нему.
«Что сказать? Как извиниться? Глупая идиотка!»
Девушка остановилась около мужчины сзади, ей хотелось, чтобы он посмотрел на нее. Или не хотелось? Она боялась видеть боль в этих прекрасных глазах, которую опять причинила она. Мысль об этом так сильно подействовала на девушку, что она не говоря ни слова, обняла его сзади. Гермиона почувствовала, как его спина напряглась, и прижалась к ней еще сильнее.
- Прости, меня. Я не хотела делать тебе больно. Я задержалась не потому что хотела показать тебе, что ты мне безразличен. Нет, вовсе, нет. Прости, что я такая глупая. Прости, за всё. Прости, прости, прости… - повторяла она.
Он напряженно замер слушая девушку, но на сердце у мужчины стало легче, потому он тяжело вздохнул.
- Я подумал, что ты передумала. Одумалась… - тихо проговорил Северус.
- Я люблю тебя, люблю, люблю… Я лучше умру, но никогда не одумаюсь, - проговорила она и почувствовала, как его пальцы нежно прикасаются к ее руке.
Снейп мягко расцепил ее руки, обнимающие его, и развернулся к ней. С лица словно спала мраморная маска отчуждения – оно опять стало молодым и эмоциональным. Разительное изменение.
- Ты простишь меня? – осторожно спросила она, готовая молить его о прощении. Девушка исподлобья посмотрела на профессора, словно провинившийся ребенок. Она даже не возмутилась своим мыслям, потому что действительно чувствовала себя глупым ребёнком. Она заслужила его гнев и не прощение. Она и так очень долго мучила мужчину.
- Предо мной у тебя нет вины, и никогда не будет, - он нежно коснулся ее щеки, и она почувствовала, что еще сильнее любит его, лишь за одни эти слова. - Ты прекрасный ангел, на тебе никогда не будет вины. – В его глазах блестела такая забота и ласка, а черты его лица приобрели такие теплые и добрые оттенки, которые видел не каждый. Гермиона не удержалась и опять обняла Северуса, чтобы получить еще и его тепло и почувствовать себя в безопасности.
Удивительно, что этот мужчина способен в нескольких словах и жестах всколыхнуть в ней столько чувств и подарить защищённый мир спокойствия.
Она даже не заметила, как по щекам побежали слёзы.
«Почему друзья предают, а люди, про которых ты думаешь не с лучшей стороны, оказываются настолько родными и любимыми? Рон задержал меня, и из-за этого я сделала больно любимому человеку. И все-таки во всём виновата я, и только я».
- Я люблю тебя, пожалуйста, не пугай меня так больше, - попросил мужчина, поглаживая девушку по спине.
- Для этого тебе стоит научиться доверять моей любви, - слабо ответила Гермиона.
Он, кажется, заметил упавший голос девушки и, отстранившись, посмотрел ей в лицо.
- Почему ты плачешь, что-то случилось? Я что-то сделал не так? – его глаза были полны беспокойства.
- Нет, - девушка покачала головой. – Нет, Северус не беспокойся, все в порядке.
- Гермиона, что случилось? – настойчивее вопросил он и хотел взять ее за руку, но только он коснулся ее правого запястья, как девушка вскрикнула. Северус сначала посмотрел в ее испуганные глаза, потом взял ее правую руку и задрал рукав.
- Гермиона, разве это не повод для беспокойства? – строго заметил он, смотря на синеватый обруч вокруг основания кисти гриффиндорки. – Что случилось, кто это сделал? – его глаза блеснули, кулаки сжались, он посмотрел в лицо девушки.
- Северус… - Гермиона не знала, что делать. Разумно ли было рассказывать ему о том, что делал Рон.
Мужчина осторожно усадил девушку в свое кресло за учительским столом. Потом, отпустив ее руку, выдвинул внутренний ящик стола, поискал там что-то. Гермиона наблюдала за ним, за его лицом, за нахмурившимися бровями и блеском обсидианов под ними. Мужчина достал из ящика синий флакон. Откупорив его, Северус снова взял девушку за руку.
Гермиона ощутила аккуратные касания к пораненной руке. Мужчина сосредоточенный, на том, чтобы не причинить любимой еще больше боли, наносил некий лосьон на синяк.
- Расскажи мне, пожалуйста, что случилось, - спокойно попросил он, хотя внутри него всё забурлило, кто-то посмел дотронулся до нее!
Девушка боялась рассказывать Северусу о Роне, не из-за того, что не доверяла, а потому что не знала, как мужчина отреагирует. Не кинется ли на Уизли, в стремлении отомстить?
- Не волнуйся, не убью я его, - проговорил мужчина, следя за выражением лица девушки.
Гермиона посмотрела на профессора, она не стала возмущаться насчёт чтения мыслей, хотя возможно у нее все на лице написано. Еще раз, отметя удивительное понимание с его стороны.
Возможно, это опыт сказывается. Гермиона посмотрела на свою руку, которой он нежно касался. Кожа, обработанная лосьоном, немного горела.
- Я не хочу перекладывать на тебя свои проблемы, - сказала она, наблюдая, как зельевар закрывает склянку.
- Ты можешь переложить на меня всё, что захочешь. Я хочу помочь тебе, - сказал он, возвращая флакон в исходное место хранения.
- Северус, я не знаю…
- Пожалуйста, доверься мне, - опять попросил он, опускаясь перед ней на корточки.
- Я верю тебе, но… Ну, ладно, - сдалась она. – Сегодня утром, в медицинское крыло ко мне проходили Гарри и Рон. И Рон, видевший, как ты сегодня утром уходил из лазарета, обвинил меня, что я провела с тобой ночь, - ей почему-то было стыдно, говорить это мужчине, щеки опять загорелись. – Он всегда подозревал меня в том, что я сплю со всеми подряд, - выпалила Гермиона, пытаясь согнать с себя краску. – И это лож, Северус. Я никогда еще не занималась этим… – Она почувствовала себя нелепо после этих слов. - Но он не верит мне, и никогда не верил, сколько бы прощения не просил, - девушка усилием воли заставила себя поднять глаза и взглянуть в лицо Северуса. Его лицо было задумчивым, и Гермиона, снова опустив глаза и, вздохнув, продолжила. – Сегодня утром, я сказала ему, что больше не хочу видеть его, чтобы он оставил меня. Он ушел, очень злой. Я практически выгнала его, высказав всё, что думала о нем. А когда я сейчас шла сюда, то встретила его на втором этаже, Рон остановил меня и хотел узнать, на кого я его променяла. Он думает, что на тебя. Он, конечно, прав, но думаю это не его ума дело. И когда я попыталась уйти он схватил меня за руку… И вот. – Она бросила короткий взгляд на запястье.
- Как ты отвязалась от него? – спросил мужчина, вставая в полный рост. Непонятное выражение было на его лице, ему очень трудно было скрыть свою ярость.
- Ну, я ударила его… - немного замялась девушка, не зная как сказать, - ну, туда, куда надо, - закончила она, даже не пытаясь скрыть смущения.
Северус довольно усмехнулся.
- Молодец, - похвалил он, на его лице появилось облегчение.
- Конечно, но я никогда не думала, что подобные меры понадобятся.
В голосе девушке была тоска и боль.
- Он был моим другом, Северус, так такое могло случиться, что он так изменился? – Она не требовала ответа от мужчины, она спрашивала какого-то невидимого ответчика внутри себя. – Я думала, что знаю его. Мы были друзьями семь лет.
- Если он стремиться причинить тебе боль, то неужели он думает, что любит тебя? – вопросил Мастер Зелий, чтобы оторвать девушку от ее мыслей.
- Я знаю, Северус. И знаю, что он не любит меня, но я не думала, что ему будет так сложно понять это. С самого начала я говорила ему, что возможно ничего не получится. Я для него не больше чем кукла. Красивая кукла… - ей стало тоскливо.
- Гермиона, - тихо позвал мужчина, он взял ее за левую руку, снова присев рядом с ней. Северус поднёс руку девушки к губам и нежно поцеловал. – Я понимаю твою боль. Я могу объяснить тебе его действия, если хочешь? – он потёр ее ладошку в своих ладонях и улыбнулся девушке, от его улыбки Гермионе стало легче, и боль немного отступила.
- Я знаю, почему он так поступал, Северус, - слабо улыбнулась Гермиона. – От этого мне становится жалко его. Но другом, теперь я не смогу его называть. Он должен был понимать…
- Ты такая умница.
Девушка улыбнулась на его теплые слова. Она подняла правую руку (левую продолжал удерживать Северус) и коснулась его щеки. Он прильнул к ее ладони, впитывая ее ласку. Он прикрыл глаза, и стал так похож на чёрного кота, которому осталось только заурчать от удовольствия. Она поглаживала его по волосам, по щеке, на ее губах играла улыбка.
Сколько они так сидели, сказать было невозможно, но время их не интересовало, они наслаждались тишиной и компанией друг друга.
- Северус, вчера ты меня спрашивал, а сегодня можно мне спросить?
- Спрашивай, - не открывая глаз, ответил он.
- Почему человеку с твоим умом и опытом выпало такое несчастие, как я?
Его глаза распахнулись.
- Ты не несчастие.
- Я уже столько раз делала тебе больно, - спокойно возразила она.
- Гермиона, я тебя люблю и то, что ты делаешь мне больно, а ты единственная кто может это сделать, как я убедился, я воспринимаю это, как должное. В моей жизни было очень много боли, моей собственно и той, что я причинял другим. Та боль, что ты мне причиняешь, это скорее моя кара, то, что я заслужил. Я не мечтал о твоей любви, не только из-за своего самомнения, а скорее из-за своей нечистой совести. – Он посмотрел девушке в лицо, но Гермиона не дрогнула, не испугалась, как он ожидал. – Я не хочу тебя обманывать, я расскажу тебе, что я за человек, и потом ты решишь мою участь.
- Неужели ты искал во мне судью? – в голосе девушки был укор.
- Нет, нет, нет, - поторопился уверить ее мужчина, немного отстранившись от нее. – Я искренне люблю тебя, и я просто хочу быть честным с тобой. Я знаю, что всегда буду гореть в Аду, за свои злодеяния. Но мне это не важно теперь, я хочу, чтобы ты… - но он не смог договорить этого. Как он мог просить, чтобы она простила его? Какое право он имел на прощение и на ее любовь?
Гермиона, кажется, поняла, чего он хочет, чего жаждет его душа. Ему не просто всё это говорить, но он ждёт прощения, хотя бы от ее. Чего он мог совершить такого, что так мучается.
«Убийства? Возможно. Не возможно так мучиться и при том не быть прощеным. Он заслужил прощение».
- И все же, Северус, ты не ответил на мой вопрос, - проговорила девушка.
- Ох, Гермиона, я… я не тот человек, который умеет так просто говорить о своих чувствах, - он в смущении отвел глаза.
- Северус, - позвала она, и кончиком пальца дотронулась до его носа.
Он удивленно и растерянно дернулся, непонимающе посмотрев на девушка. А Гермиона невинным взглядом посмотрела на него и улыбнулась. Брови мужчины собрали между собой беспокойную морщинку.
Девушка не опустила руки, а продолжила невольную игру. Её пальчики коснулись его щеки, потом заскользили по бледной коже вверх к морщинке между бровей, в стремлении разгладить ее. Его глаза наблюдали на ее лицом, мужчина молчал, но Гермиона знала, что ему приятны ее прикосновения.
- Я никогда раньше не верил, что возможно настолько любить, - тихо заговорил он. - Умирать от стука собственного сердца при виде тебя, сходить с ума от мыслей о тебе, жить лишь секундами твоего внимания, - она посмотрела на него. – Я не мог позволить себе этой любви, но мои чувства впервые отказались подчиняться разуму. Раньше я никогда не испытывал любви. Возможно, я любил и люблю Альбуса, он мне, как отец. Но таких чувств, как те, что я испытываю к тебе, я никогда не испытывал ни к кому. – Он немного замялся и немного в смущении продолжил. – Я не знаю, как сказать тебе… Но… вот уже двадцать с лишним лет я не испытывал влечения к женщине. Но не думай, что мои чувства вызваны на почве воздержания.
«Ну, ты даёшь, Северус, - мысленно пнул он себя. – Да она теперь и близко к тебе не подойдёт. Сочтёт тебя сексуальным маньяком!»
Самообвинения Северуса прервал тихий смех девушки. Он удивленно посмотрел на нее.
- Представляю, что ты обо мне подумала, - немного улыбаясь, проговорил мужчина. Всё-таки девушка не настолько пуглива, как он сначала подумал. Он поднялся на ноги и прошёлся около стола взад-вперед, разминая ноги и собираясь с мыслями.
- Ты можешь говорить мне всё, как есть, - заверила его девушка с усмешкой на губах. – Возможно, я никогда не занималась любовью, - она постаралась не покраснеть, и это ей удалось, - но я знаю мужскую физиологию, Северус. Я очень много читала. И не только про физиологию.
Мужчина приподнял одну бровь, но говорить по этому поводу ничего не стал, порадовавшись, что Гермиона действительно много знает, чтобы не чувствовать себя растлителем малолетних. Он вздохнул и продолжил:
- Всё это началось в этом году, под конец твоего шестого курса. Я стал чаще замечать тебя, выделяя из стада баранов, чем является большая половина здесь учащихся.
Гермиона невольно согласилась с мужчиной, но говорить об этом не стала.
- Ты очень мне напомнила меня в мои школьные годы, такая же устремленная, усердливая и умная. Меня тоже когда-то называли всезнайкой, и я знаю, как это раздражает, особенно когда это говорили Слизеринцы.
- Почему твои же сокурсники к тебе цеплялись? – удивилась Гермиона.
- Слизеринцы не были моими сокурсниками, - остановившись напротив нее, проговорил Северус. – Я учился в Рейвенкло.
Это было действительно новостью. Гарри утверждал, что Снейп истинный слизеринец. Весь Хогвартс на все сто был уверен, что Снейп со змеиного факультета. Как они могли так ошибаться?
Северус наблюдал за удивленным лицом девушки. Его губы подёрнула улыбка.
- Я и не сомневался, что все думают, что я из Слизерина. Но тем не менее я продолжу? – девушка кивнула. – Я очень часто невольно начинал думать о тебе, кстати, испортил много хороших зелий, - немного сварливо, проговорил профессор, Гермиона ухмыльнулась. («Значит, не у меня одной руки дрожали!») – Ты снилась мне в снах. Не знаю каким образом я заболел тобой, но лекарства я так и не нашел. Я подумал, что, возможно, после того, как начнутся каникулы, и ты исчезнешь из моего поля зрения, все пройдёт. Но нет, все стало еще хуже.
На лице девушке появилась задумчивое выражение и напряжённость, Северус понял это по-своему.
- Пойми, пожалуйста, для меня эти чувства были новыми. Я всегда был одинок, мой мир всегда вращался вокруг насущных проблем, таких как Тёмный Лорд и моя роль в его стане, или науки. Но с начала этого года все мои мысли целиком и полностью занимаешь ты. Все лето, я жил в ожидании ночи, когда ты приходила ко мне в снах.
Впервые в жизни с Гермионой так разговаривали, хотя в отношении Северуса, для нее впервые было все. Его признания были настолько искренны, что грех сомневаться в его чувствах. И девушка не стала больше мучить мужчину, она чувствовала, как ему тяжело даются слова и, как сильно его смущает ситуация. Наверное, он еще никогда никому не признавался настолько искренне. Он верит ей, раскрывая душу и сердце. Гермиона содрогнулась, подумав, что если Северус – этот нежный, понимающий и добрый Северус – открылся бы кому-то другому, кто не понял бы его, не любил. Её любимый просто бы умер. Ведь сейчас перед Гермионой стоял совершенно иной человек, не тот, которого она видит на уроках каждый день. Теперь она понимала, почему он никогда не показывает своей натуры прилюдно – он не хочет боли, он абстрагировался от нее.
Только сейчас Гермиона заметила, что под мантией у мужчины не привычный форменный костюм, а обычные магловские вещи. Взгляд девушки заскользил по облегающим брюкам, темный свитер тоже хорошо сидел и показывал все отнюдь не лишние достоинства Северуса.
«Он просто великолепен!» – восхитилась гриффиндорка, и отчего-то ей захотелось прикоснуться к нему, к его груди, залезть рукой под этот чудесный свитер – прикоснуться к его коже.
Гермиона вспомнила те редкие сны, в которых она позволяла себе касаться его везде, где только желала, чувствуя его дрожь, его реакции на ее прикосновения, его сбившееся дыхание. Почему-то сейчас девушку нисколько это не смущало, наоборот, какая-то маленькая частичка внутри нее уже начала тянуться к осуществлению этих сновидений. Ей стало жарко, легкая дрожь пробежала по телу – это вывело ее из задумчивости.
Только сейчас она поняла, что пропустила некоторые факты, которые продолжал рассказывать Северус. Он, очевидно, воспринимал ее задумчивое выражение, за сомнения. Мужчина нервно теребил краешек своей мантии, смотря куда-то в пол. Что за нелепость – Снейп стоящий и отчитывающийся перед семнадцатилетней девушкой. Видимо грозный декан Слизерина не считал это нелепым.
Гермиона не стала дожидаться, когда словарный запал мужчины иссякнет, он и так многое рассказал ей. Она поднялась с места и быстро подошла к мужчине. Северус замолк, удивленно вскинув голову. Девушка привстала на носочки, обвила руками его шею и прижалась губами к его чуть приоткрытым от удивления губам. Он впустил девушку в свои владения, а теперь в ее владения. Она вложила в поцелуй всё то, что хотела сказать ему. Голова опять закружилась, колени начали подгибаться, но сильные руки поддержали ее, прижав к себе. Опять время остановилось. Только настоящая любовь способна остановить время и подарить одиноким сердцам момент бесконечного счастья.
- Ты сегодня прекрасно выглядишь, - сообщила Гермиона, когда они стояли, соприкасаясь лбами, и пытались отдышаться.
- Я очень надеялся, что тебе понравится, - довольно сообщил Северус, и улыбнулся.
- Мне нравится, - улыбнулась она. – В брюках ты просто неотразим, - она заскользила руками по быстро вздымавшейся груди мужчины. – И этот свитер очень тебе идет.
- Я буду стараться нравиться тебе чаще, - проговорил он.
- Нет, Северус! – строго воскликнула она.
Он непонимающе посмотрел на нее.
Девушка начала покрывать нежными поцелуями его лицо: щеки, нос, лоб, даже складочка между бровей не осталась без внимания.
- Чтобы не говорили, Северус, - шептала она, - слушай меня. Ты же веришь мне?
- Да, - также тихо ответил он.
- Я тебе говорю, что ты красив. И тело у тебя великолепное.
«Боже, как же хочется воочию увидеть это!» - воззвал гормональный голосок в голове у девушки, но Гермиона заглушила его.
Северус благодарно посмотрел на гриффиндорку и обнял.
- Ты удивительная девушка, Гермиона, - проговорил он. – Я так хочу побольше узнать о тебе.
- Узнаешь, у нас долгая жизнь впереди.
- Я очень надеюсь, что она у нас действительно долгая, - чуть печальнее заметил он. – Эта война пугает теперь меня просто до сумасшествия. Если я потеряю тебя, то я умру. Я не хочу терять тебя. Я знаю, что после смерти попаду в Ад, и мы с тобой никогда больше не увидимся. Я не хочу снова быть одиноким и холодным, я хочу любить тебя.
- Мой дорогой, мой любимый, Северус, я никогда не оставлю тебя. Всё будет хорошо, мы справимся.
- Я люблю тебя, и я умру за тебя.
- Я тоже люблю тебя, и пожалуйста, не умирай, этим ты точно убьёшь меня.
- Безвыходная ситуация, - невесело усмехнулся он.
- Да.
Несколько минут они просто стояли, обнявшись, думая каждый о своём.
- Думаю, нам стоит пойти на ужин, - предложила Гермиона.
- Да, пойдём, - мужчина легонько поцеловал девушку и с неохотой выпустил ее из объятий.
- Я могу прийти завтра на отработку сегодняшних занятий, - проговорила девушка.
- Ты можешь прийти завтра просто так, - улыбнулся он в ответ.
- Неужели профессор Снейп делает мне поблажку? – хитро улыбнулась она.
- Нет, он просто раз в жизни решил посочувствовать гриффиндорцам, - несомненно, саркастичный том у профессора получался лучше, чем у девушки.
- Это почему это? – притворно возмутилась Гермиона, блеснув глазами.
- Потому что на их факультете появился маленький предатель, который сочувствует Грозе Подземелий.
- Что? Да, ты не прав. Она не просто сочувствует Владыке Слизерина, она по уши влюблена в него, - притворно серьезно проговорила Гермиона.
- О, ну, тогда она заслуживает смертельной казни, - блеснул он глазами, его улыбка стала еще шире.
- Думаю, что вы не оставите без внимания небольшой костёрчик, на котором меня будут поджаривать и спасёте меня.
- Несомненно. А теперь идем в Большой зал.
- Думаю, лучше будет, если мы пойдем по отдельности, - сказала девушка. Она пошла к двери он за ней.
- Тогда я провожу тебя, - сказал он, на его лице появилось беспокойство. – Я не хочу, чтобы этот Уизли еще хоть раз прикоснулся к тебе. И еще я хочу, чтобы ты рассказала мне, что произошло на озере.
Они вышли в коридор, и на протяжении всего пути наверх, девушка рассказывала, каким образом оказалось на льду.
- Я буду ждать тебя завтра, не опаздывай, - тихо сказал он приобнимая девушку за плечи и смотря ей в глаза.
Она успокаивающе посмотрела на мужчину и, подняв руку, погладила его по щеке.
- Не волнуйся, не опоздаю. До завтра.
- До завтра, моя дорогая.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Понедельник, 10 Март 2008, 21:01 | Сообщение # 18
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 11
Колебания

«...Вольнее птицы младость.
Кто в силах удержать любовь?
Чредою всем дается радость;
Что было, то не будет вновь».
(Пушкин)

Девушка посмотрела на циферблат наручных часов – время было четыре часа.
- Профессор Флитвик, могу я с вами поговорить? – после того, как прозвенел звонок с урока, спросила Гермиона, подходя к профессорскому столу.
- Да, конечно, мисс Грейнджер, - с радостью согласился миниатюрный профессор.
- Помните, я спрашивала вас в начале года о щите Хроноса? – начала девушка. - Вы упомянули, что информацию о нем, возможно, найти в книге по истории Магии 17 века. Я ее нашла, но текст в ней на латыни.
После недельного штурма школьной библиотеки, эту книгу Гермиона откапала у Северуса. Девушка буквально поселилась в его библиотеке – целая комната, набитая книгами, которых она еще не встречала. Там были книги и по черной магии, но мужчина строго-настрого запретил девушке приближаться к ним, и даже наложил на них заклинание неприкосновенности. Гермиону это не очень расстроило, ведь то, что она искала, не относилось к тёмной магии. Гриффиндорка взяла у него много книг, Северус не был против и даже не смотрел, что она брала. Наверное, был уверен, что в оставшихся книгах нет ничего опасного. Гермиона была рада, что профессор забыл про ее интерес к щиту Хроноса.
- Хм, мисс Грейнджер, зачем вы так упорствуете, разыскивая это заклинание? Неужели вы собираетесь использовать его? Это же чистое самоубийство! – воскликнул миниатюрный профессор. – Еще в прошлый раз я довольно ясно объяснил последствия неправильно возведённого заклинания щита, неужели это вас нисколько не останавливает? И если даже так, то у вас просто не хватило бы силы восстановить подобный щит!
- Я все это прекрасно знаю, профессор, - устало проговорила Гермиона. – Мне просто интересны принципы создания этого щита. Я хочу изучить его.
- Мисс Грейнджер, я думал, что вы уже пишите научную работу по Зельям, - упорство девушки немного настораживали профессора.
- Да, пишу, - согласилась она. – Но мне хочется побольше узнать об этом щите. Может быть, я напишу работу и по Чарам?
- Не стоит распаляться сразу на две аудитории, мисс Грейнджер, - похоже, профессора немного успокоило заявление девушки и выражение лица, которое она обычно делает, чтобы показать чистую научную заинтересованность.
- Ну, пожалуйста, профессор, - умоляла она.
Мастер Чар несколько минут подумал, после чего сказал:
- Хорошо, мисс Грейнджер, но я надеюсь, что вы оцените то, что я вам расскажу, и не будете делать глупостей. Я считаю вас достаточно взрослым человеком, оценивающим свои возможности, - назидательно проговорил Флитвик.
Глаза девушки заблестели.
- Конечно, профессор.
Когда последний ученик покинул класс, мастер Чар запечатал дверь заклинанием и начал рассказывать.

* * *
Близился Новый Год. По этому случаю, на двадцать восьмое декабря был назначен праздничный банкет или вернее сказать небольшой бал. На следующий день практически все студенты разъедутся по домам.
Гермиону не очень радовала перспектива бала. Ей не с кем было идти туда. Не могла же она пойти с Северусом? Хотя ей так хотелось, чтобы он пошёл с ней. Девушка даже задумывалась, а умеет ли он танцевать. В прошлый раз, на Святочном балу, она не заметила, чтобы Снейп с кем-нибудь танцевал.
Гриффиндорка фыркнула, рассматривая причудливые узоры на материале своего полога. Она опять проснулась слишком рано. За окном было еще темно. Гермиона вздохнула и, поднявшись на локтях, осмотрела комнату: кровать, тумбочка, небольшой шкафчик, письменный стол с табуреткой – все лежало под покровом темноты. Ну, еще окошко справа от девушки, занавески которого вчера она забыла зашторить, оттого сейчас ее во весь свой единственный глаз рассматривал полумесяц луны.
«Северус, наверняка не любит все эти глупые мероприятия, - с грустью подумала она. Гермиона тоже не любила шумную компанию. Но если бы Снейп пошёл с ней, то она была бы даже счастлива, провести время на публике – только если он будет рядом. – И танцы он тоже, наверное, не любит».
Их отношения с мужчиной ото дня в день становились все крепче и крепче. По выходным Гермиона перебиралась к нему, под предлогом, для других, что она пишет реферат по Зельям. Никто, в общем-то, не удивился. Северус очень много рассказывал девушке, в основном из науки. О себе он рассказывал всегда очень мало. Как он говорил: «Не хочу пугать тебя сразу». Гермиона не возражала насчет этого, она понимала, что не только в ней дело – ему самому слишком сложно рассказывать об этом.
Профессор всегда был очень чуток, нежен и заботлив с девушкой. Расскажи, кому не поверят, но Гермиона и не собиралась ни кому ничего говорить. Северус часто интересовался, не пристаёт ли к девушке Рон.
Странным делом Уизли вообще редко показывался на глаза Гермионе. Парень избегал ее всяческими способами. После того, как Гермиона рассказала Гарри, что Рон сделал, Поттер тоже не разговаривал с Уизли. А Джинни очень сильно поругалась с братом.
Гриффиндорка чувствовала себя виноватой в том, что Гарри и Джинни попали в такую ситуацию. Ведь это Гермиона ополчила их против Рона.
Девушка слезла с кровати, накинула на обнажённое тело тёплый халат и натянула тапочки. Она подошла к окну. Вот уже несколько недель ей снятся сны, где она с Северусом занимались любовью: сплетение разгоряченных тел, сбившееся дыхание, нежные и глубокие поцелуи и его глаза. Это было так чудесно.
Северус, как и обещал, не прикасался к ней, но она чувствовала его напряжение рядом с собой. Много раз Гермиона останавливала свои собственные потребности в его близости. Девушка чувствовала, что скоро сама не выдержит и накинется на него. Стоит девушке закрыть глаза, как она представляет его... обнажено и такого желанного. После каждой их маленькой близости – поцелуев или просто объятий – гриффиндорка чувствовала тот энергетический трепет внизу живота.
Девушка улыбнулась, смотря в окошко.
«Я хочу его».
Все эти недели она обдумывала все свои возможные действия и их последствия.
«Я его люблю и могу позволить себе это».
«Но... тебе же страшно», - вклинился голосок.
Но у Гермионы был ответ на эту реплику:
«Ничуть мне не страшно. Северус тот человек, который никогда не сделает мне больно. Он очень любит меня. Честно говоря, я никогда не видела настолько искренней любви. Даже в книгах о таком не пишут».
Почему-то образ вечно хмурого и обозленного профессора никак не вязался с этими мыслями и чувствами. Но тем не менее внешность, поистине, бывает обманчива. И Северус Снейп прямое тому доказательство. Где еще можно было найти настолько темного внешностью воина и настолько светлого душёй человека. Гермиону всегда охватывала волна несдерживаемого гнева и ярости, когда она думала о тех людях, которые сделали с ее Северусом такое, отчего он стал нелюдим, и жил все эти годы с отвращением к себе. Девушка проклинала Тёмного Лорда за всё, что тот заставил Снейпа делать. Северус кое-что рассказал девушке о том, что он делал в качестве Пожирателя Смерти.
Профессор никогда не говорил, что его ЗАСТАВЛЯЛИ это делать, он никогда не оправдывался. Он просто рассказывал все, как было, и давал Гермионе возможность самой судить. И девушка делала выводы – она считала, что Северус слишком угнетает себя виной. Она понимала, что это тяжело, а для него тем более, потому что, как гриффиндорка убедилась, мастер зелий очень чувствительный человек. Да именно чувствительный – это одна из причин, почему он никогда, никому не доверял. Он был уверен, что все друзья и знакомые предают. Такое впечатление у него сложилось из собственного опыта. Его очень часто предавали и пренебрегали его дружбой. Северус раскрывал душу и в нее с удовольствием плевали. Это было давно, еще в школьные времена, но это осталось на всю жизнь. Самое страшное, что никому не было дела до Северуса, кроме Дамблдора. Директор всегда помогал Снейпу, особенно морально, потому, наверное, у Мастера Зелий выработалась такая выдержка, самообладание и, вследствие этого, способности к окклюменции.
Гермиона отвернулась от окошка и направилась в ванную комнату. Включив тёплую воду, девушка забралась в ванную и подставила лицо под освежающую струю утреннего душа.

- А почему ты решил, что я не причиню тебе боли? Что я не придам тебя, как делали все остальные? – спросила девушка, когда на прошлые выходные снова пришла в его комнаты. Она приходила к нему уже второй раз. Кстати его квартира была намного больше, чем ее. Девушке она понравилась. Его апартаменты по цветовой гамме, мало чем отличались от ее. Он тоже не любил яркие тона.
Тогда они сидели у камина, он располагался в огромном кожаном кресле, а она сидела около него на тёплом ворсистом коврике, опустив голову ему на колено. Гермиона очень удивилась, когда увидела его кресло. У нее в квартире стояло точно такое же. Когда она спросила мужчину об этом кресле, то он сказал, что оно из его родового поместья. Странно даже в выборе интерьера они были похожи.
- Я верю тебе, - был тогда ответ Северуса на ее вопрос. – Я не знаю почему. Моё сердце привязано к тебе, потому, наверное, я не боюсь боли от тебя. Она просто безразлична мне и я открыто готов ее принять.
Гермиона знала, понимала, что он боялся боли, и только от нее. Он никогда не признался бы, что его что-то задевает или то, что он страдает. Такова его натура, он не привык, что кому-то интересно, что с ним происходит, он не привык жаловаться. Гермионе было так жаль мужчину, до слёз жаль. Иногда, когда он рассказывал ей, что-то из своего прошлого, про взаимоотношения его и Мародёров, у Гермионы сердце сжималось от боли. Снейп даже рассказал девушке про самый унизительный поступок Джеймса Поттера по отношению к нему, про тот, что Гарри подсмотрел, когда-то в Омуте памяти профессора. Северус пытался рассказывать монотонным голосом, но иногда в нем проскальзывали нотки отчаяния, горечи и боли.
Гермионе было так жаль его, но она пыталась держать себя в руках.
Нет, профессор не хотел вызвать сочувствия к себе, Гермиона сама просила его рассказать ей о его школьных годах, а точнее о Мародёрах.
- Скажи мне, пожалуйста, почему ты так ненавидишь Гарри? – задала она мучивший ее вопрос.
Прежде чем ответить, мужчина долго смотрел на нее. Когда девушка подняла голову с его колена и посмотрела в глаза любимому, его взгляд немного смягчился, и он произнёс:
- Мистер Поттер, попросил тебя узнать об этом?
Его глаза были печальными. Гермиона не стала врать.
- Да. Ты скажешь мне?
- Я не могу, прости, - ответил он, его глаза блестели, но не было в них никаких отрицательных чувств, только усталость.
Гермиона опять опустила голову ему на колени.
- Это из-за Тёмного Лорда, да? Ты вынужден держать лицо перед ним, ты должен вырабатывать ненависть к Гарри, потому что Тот-Кого-Нельзя-Называть в два счёта сможет раскрыть тебя, если почувствует хоть намёк на сочувствие к его главному врагу, - устало произнесла девушка, это не было вопросом, это было полноценное утверждение.
Она не ждала ответа, потому прикрыла глаза и умиротворённо наслаждалась тишиной. Его нежное касание к ее голове отвлекли ее от этого – длинные пальцы проникли в прядки длинных волос, а голос прозвучал так мягко:
- Даже я в твоём возрасте не был настолько умён.
Он вздохнул.
- Но знай, Гермиона, об этом не должен знать никто, - серьёзно проговорил он. – От этого зависит моя жизнь. Если Поттер узнает... о моём отношении к нему... Тёмный Лорд, проникнув в его сознание, увидит многое. Нет гарантий, что мальчик сможет защититься при атаке на его разум, и Тёмный Лорд не заметит моё посредственное участие в жизни Поттера.
- Ты не боишься, что Тёмный Лорд узнает о нас с тобой?
- Я боюсь, Гермиона, но я-то могу справиться с эмоциями. В отличие от Поттера, я прекрасно закрываю своё сознание, - он мягко погладил ее каштановые волосы.
- Северус, я не хочу, чтобы ты ходил на встречи с Волан-де Мортом, - прижимаясь к его ноге, проговорила девушка. – Мне так страшно, когда я думаю, что в любую минуту он может вызвать тебя... раскрыть. Я с ума схожу от мысли, что ты погибнешь, - прошептала Гермиона, потеревшись щекой о мягкую ткань брюк мужчины, которые он носил при их выходных встречах с девушкой.
Профессор продолжал поглаживать гриффиндорку по волосам, но не проронил не слова.
Она подняла на него глаза, в которых читалась мука, от невозможности изменить ситуацию. Они несколько минут смотрели друг на друга, потом, она потянулась к нему, к его губам.

Гермиона вылезла из душевой и принялась вытираться и высушивать с помощью волшебной палочки мокрые волосы. Через несколько минут она уже надевала форму. Стоя у зеркала и завязывая галстук, она размышляла о том, что любимый так и не сказал ей ничего по поводу тех ее слов о его шпионской деятельности и ее страхах на этот счет. Наверное, и нечего здесь говорить. Он знает, что не может ей обещать, что не пойдёт на очередную встречу, уж слишком много от этого зависело, и тем более Северус не мог гарантировать девушке, что он вернётся живым с этих встреч. Его молчание было красноречивей и убийственней любых слов, будь то, правда или лож.
Гермиона снова подошла к окошку. На горизонте уже загорался рассвет. Девушка улыбнулась и, развернувшись, пошла на выход из комнаты.

* * *
Неторопливо поднимаясь на Астрономическую башню, она думала над тем, что сказал ей профессор Чар. Флитвик рассказал ей, что заклинание щита Хроноса в переводе, можно достать в министерской библиотеке, профессор, наверняка рассказывая всё это, не думал, что Гермиона может попасть в охраняемую библиотеку Министра. Очень напрасно он так думал, потому что Гермиона уже придумала план, как попасть именно в эту библиотеку. Ведь практикантам, начинающим работать в Министерстве, разрешается брать оттуда книги. Отец Джинни работает в министерстве, и он прекрасно знает манию Гермионы к различным книгам, то стоило попробовать уговорить его.
Девушка толкнула дверь и вышла на заснеженную площадку башни. Воздух был кристально чистым, морозным и свежим, несущим жизнь и облегчение, а еще – мурашки по всему телу. Гермиона улыбнулась и вдохнула полной грудью. Легкие заполнил холодный воздух, и гриффиндорка вздрогнула. Пройдя в глубь башни, девушка остановилась, чтобы осмотреться. Вокруг лежал снег, но не настолько глубокий, как внизу на земле. Гермиона протоптала дорожку к одному из знакомых зубцов, около которого она привычно встречает рассвет.
С восточной стороны небо уже заалело, вот-вот взойдет солнце. Девушка замерла в ожидании ежедневного чуда.
Но вдруг она почувствовала приближение... к ней кто-то приближался сзади. Она улыбнулась. Это был ни кто-то, а она точно знала раннего гостя. Звук его шагов, определенный ритм ее сердца, которое чувствует ЕГО раньше, чем он попадает в поле зрения.
Ровные, мягкие, как у дикого кота, шаги, замолкли позади девушки, приблизившись на максимально близкое расстояние. Гермиона слышала, как у него перехватившее дыхание, она заметила, что это происходит каждый раз, когда он ее видит. Она чувствовала его взгляд, скользящий по ее спине, спускающийся ниже и ниже... Гермиона прикрыла глаза, физически ощущая прикосновения его обжигающего взгляда.
Еще несколько осторожных шагов к ней. Девушка не открывала глаз, доверяя своим ощущениям.
Сильные руки обняли ее сзади, теплое и сильное тело прижалось к ней. Улыбка девушки стала еще шире. Она чувствовала его запах. Мужчина зарылся лицом в волосы девушки, на которых уже начал появляться иней.
- Я не напугал тебя? – прошелестел низкий, бархатистый голос, над ее ухом.
- Я знала, что это ты, - также тихо проговорила девушка, расслабляясь в объятьях любимого. – Я почувствовала это.
Северус улыбнулся.
- У меня тоже есть такая способность, - признался он и поцеловал девушку в макушку.
Гермиона накрыла ладонями, обнимающие ее за талию, руки, и осторожно, откинув голову назад, позволила мужчине поцеловать себя.
Северус улыбнулся еще шире и принял предложение девушки. Он мягко припал губами к ее чуть приоткрытым устам. Впитывая нежность поцелуя, они замерли, наслаждаясь утренним чудом, которое подарили друг другу. Когда сладостный миг закончился, за горизонтом уже засияла рыжая полуокружность дневной звезды. Солнце лучезарно улыбалось двум влюбленным. Снег, лежащий вокруг, заблестел всеми цветами счастья, которое окружало женщину м мужчину, стоящих на верхушке самой высокой башни замка Хогвартс.
Для него, Гермиона была солнцем и светом надежды в этом мире, потому он не смотрел на чудо восхода, а наблюдал за чертами дорогого лица, пытаясь запечатлеть их навечно. ОНА для него сияла и согревала в сотни раз сильнее любого солнца. Лишь она и больше ничто...
Он сжал объятья и прикоснулся щекой к ее щеке. Северус ощути, что девушка немного дрожит.
- Ты замерзла? – немного отстранившись, спросил он, хотя ему не требовался ответ, и так было понятно, что «да».
Он расцепил свои руки и, ухватив за края своей мантии, снова свёл их перед девушкой. Они оказались в коконе его утепленной мантии. Она благодарно подалась назад, упираясь спиной в его грудь. Северус положил подбородок ей на макушку, поплотнее запахивая вокруг них плащ.
Они долго стояли так, наслаждаясь, теплом и близостью друг друга.
- Северус, что ты думаешь насчет новогоднего бала? – спросила девушка, смотря на поднимающееся солнце.
- Ты можешь пойти с кем захочешь, - тихо ответил мужчина.
Она несколько секунд помолчала.
- В том-то и дело, что тот с кем я хочу пойти, не хочет со мной идти, - вздохнула девушка.
- А с кем ты хочешь пойти? – насторожённо замерев, вопросил Северус.
Девушка опять наигранно вздохнула.
- Ну, он из Слизерина, - продолжала Гермиона, попутно отметив, что Снейп напрягся от ее слов. – Такой симпатичный. – Мужчина вздрогнул. Гермиона, конечно, заметила это, но продолжала. – И у него такое звучащее имя и он очень умный.
- Драко Малфой, - упавшим голосом проговорил мужчина и хотел уже отстраниться от девушки, чтобы скрыть, внезапно начавшийся, озноб.
- Нет, что ты, это не Малфой! – весело заметила девушка и развернулась к мужчине лицом. – Это ты, - мягко произнесла она, ее руки скользнули под его руками и переплелись за напряжённой спиной профессора. Гермиона уткнулась ему в плечо.
Снейп немного расслабился, напряжение заметно спало.
- Ты действительно, хотела бы пойти со мной? – переспросил он.
- Конечно, глупенький, - добродушно вещала она. – Только с тобой. – Девушка ощутила мягкие прикосновения к своему затылку, а затем поглаживания.
- С чего ты взяла, что я не захотел бы пойти с тобой? – серьезно спросил Мастер Зелий.
- Я твоя ученица.
- Я хотел бы пойти с тобой. Но здесь скорее встанет вопрос в возможности этого, а не желания, - сказал он, не слыша предыдущей реплики Гермионы. – Через пять месяцев мы сможем быть вместе открыто, если ты захочешь, конечно.
- Только быть вместе? – немного разочаровано проговорила девушка.
- Что?
- Ты не хочешь, чтобы я стала твоей женой?
- Я это и подразумевал под «быть вместе», - усмехнулся мужчина и поцеловал девушку в висок.
- А, ну, тогда хорошо. Когда мой ответ «да».
- Ты о чем? – опять не понял Северус.
- Если ты не заметил, ты только что сделал мне предложение, - она повернула голову и посмотрела ему в глаза. – И я согласилась.
Напряженное и озадаченное выражение его глаз сменилось на умиротворённое и счастливое. Мужчина улыбнулся Гермионе и сильнее прижал ее к своей груди.
- Миссис Гермиона Снейп, - проговорила она.
- Перестань, - рассмеялся Северус.
Так хорошо было слышать его смех, что всё внутри девушки опять затопило безмерным счастьем. Её всегда переполняло это чувство, когда она ощущала, что он счастлив. За эти мгновения она бы умерла.
Внезапно под ложечкой неприятно засосало. Холодок пробежал по спине.
Гермиона не поняла, что это такое было. Плохие предчувствия?
Движение его руки у нее за спиной оторвали девушку от нехороших дум. Одной рукой он держал мантию, а другой гладил по тонкой талии. Вверх и вниз...
Гермиона не противилась этому, ей было приятно. Её руки в ответ медленно заскользили по его талии, потом, также не торопясь, они скользнули на живот и пошли вверх до груди. Невольно девушка порадовалась тому, что он вздрогнул. Гермиона подняла голову с его груди и только хотела взглянуть в его глаза, как была поймана в сети жаркого... страстного поцелуя.
«О, нет! Нет, нет, нет!» - запаниковала она.
Гермиона чувствовала, как всё в мужчине напряглось и задрожало, от ее необдуманных действий. Даже сквозь одежду она почувствовала, как накаляется его тело. Поцелуй стал глубоким и более требовательным. Его дыхание, как и удары сердца участились. Их тела были настолько тесно прижаты друг к другу, что от Гермионы не укрылся процент возбудимости мужчины, особенно когда он ненароком упирался ей в живот.
«Боже, ты мой!» - паника разметала все мысли в голове девушке. Ей было ужасно страшно.
- Нет, Северус! – она оттолкнула его от себя, в следующий миг уже бежала по ступенькам вниз.
Она не видела его испуганных и виноватых глаз, не слышала, как он в ужасе просил не уходить и пытался извиниться. Необъяснимый страх гнал ее.


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
adaДата: Понедельник, 10 Март 2008, 21:10 | Сообщение # 19
Леди Маски
Группа: Администраторы
Сообщений: 122
Награды: 0
Статус: Offline
Глава 11
Колебания(продолжение)

* * *
- Гермиона ты точно решила, что не поедешь с нами на каникулах? – серьезно спрашивала Джинни. – Мама очень расстроится, что тебя не будет.
- Джинни, поверь, я бы с удовольствием поехала, но у меня действительно много дел, - устало произнесла Гермиона, сидя в своем кресле у горящего камина.
Гарри за спиной Джинни закатил глаза на ответ Гермионы. Парень точно знал, что за дела у его подруги. Гермиона укоризненно посмотрела на друга.
- Джинни, я обещаю, как только доделаю все дела, так сразу же напишу вам и приеду. Тем более я не хочу на каждом углу вашего дома натыкаться на Рона, - заметила девушка и сделала хмурое лицо.
- Ну, хорошо. Только доделывай свои дела побыстрее, - приказным голосом проговорила подруга.
- Ладно, ладно, - сдалась девушка.
- Если не приедешь, то приеду я и устрою тебе такие дела, о которых ты не скоро забудешь, - угроза прозвучала в полной мере значимости.
- Лучше тебе не перечить будущей миссис Поттер, - посоветовал Гарри и обнял сзади Джинни.
Это был явный намеренный отход от темы, Гермиона это поняла и была благодарна другу.
- Так значит, вы уже всё решили? – Гермиона попыталась казаться удивленной.
- Да, - довольная Джинни чмокнула Гарри в щёку.
Парень улыбнулся.
- Да, после окончания последнего курса Джинни, мы поженимся. Пока она будет учиться, я поступлю в Отдел Тайн, стану мракоборцем...
- Волан-де Морт нечаянно сгинет, - добавила Уизли.
Несколько секунд стояла тишина. Казалось, что подобная проблема волновала каждого. У Гермионы и Джинни эти проблемы были аналогичны. Оба их любимых рисковали не пережить эту войну.
Гермиона потеребила прядь своих волос, а потом произнесла:
- Всё будет в порядке, обязательно.
- Конечно, - поддержал ее Гарри, стиснув любимую в еще более крепких объятьях. – Думаю, я пойду, а вы поговорите, хорошо?
- Иди, - согласилась Джинни.
Когда парень вышел, Гермиона спросила:
- А куда он?
- Дамблдор завтра уезжает из замка, и попросил зайти к нему, - сказала девушка, садясь на стул около рабочего стола старосты.
- Джинни, я хотела поговорить с тобой кое о чём, - помедлив, проговорила Гермиона, она отвела глаза к пылающему огню в камине. – Это кое-что личное.
- Да, Гермиона, что случилось?
- Джинни, а у вас... у вас с Гарри было что-то большее, чем поцелуи? – Гермиона удивилась, что не покраснела. Почему-то она даже не почувствовала смущения. Может, потому что каждую ночь видела откровенные сцены любви или потому что уже выросла, хотя какая разница.
- Ты имеешь в виду, не занимались ли мы любовью? – спросила Джинни, кажется, девушку тоже не смущала эта тема.
- Да.
- Гарри не хочет торопить меня с этим, - просто сказала девушка. – Он всё время твердит мне, что я еще маленькая. Хотя только на год младше его, - возмутилась девушка, но потом также покойно заметила. – Но я понимаю его. Думаю, не долго ему осталось ждать, - девушка лукаво улыбнулась.
Гермиона очень хорошо понимала подругу, и в этом их ситуации были похожи.
- Ты боишься этого? – вдруг спросила Гермиона.
- Сначала боялась, но Гарри очень мудро поступил. Он видел, как меня начинает трясти, как только я ощущаю, что он возбуждён. Он потихоньку начал приучать меня к ласкам. Это так странно, но это очень помогло мне.
- Приучать к ласкам?
- Да, он чаще начал обнимать меня, и позволял прикасаться к себе. Гарри приучал меня к своему телу.
- Откуда он всё это знает? – искренне удивилась Гермиона, наметив себе, что надо будет обязательно спросить парня об этом.
- Он девственник, и не думай намекать ни на что! – шутливо возмутилась собеседница.
Обе девушки рассмеялись.
- А почему ты спрашиваешь, ты кого-то встретила? – с любопытством поинтересовалась молодая Уизли.
Гермиона немного призадумалась, потом ответила:
- Да.
- Я его знаю, кто он?
- Извини, я не могу сказать кто он, - виновато проговорила лучшая ученица Хогвартса. – Пока не могу.
- Ладно. А давно вы встречаетесь?
- Около месяца.
- Насколько он тебе нравится? – со взглядом психолога из Св. Мунго, уточнила Джинни.
- Я люблю его.
- Ты уверена? – недоверчиво проговорила шатенка.
- На все бесчисленное количество процентов в этом мире, - твердо произнесла Гермиона.
- А он тебя?
- И он меня,- уверенно произнесла девушка и, предугадывая последующий вопрос собеседницы, добавила. - Я уверенна.
- Странно, - усмехнулась шатенка. – Я-то думала, что тебя никогда никто не привлекал из этого стада ослов, как ты сама когда-то выразилась. Что же изменилось? – улыбка девушки стала хитрой.
- Возможно, я просто нашла другое стадо, - вздохнув, проговорила Гермиона, - в котором нет ослов.
Джинни наблюдала за подругой и постепенно понимала, почему Гарри постоянно останавливал ее, когда она каждый выходной намеревалась вывести Гермиону из замка. Парень знал, что происходило с его подругой. Джинни улыбнулась, узнавая в глазах Гермионы такие знакомые искорки. Искры любви, настоящей и искренней. Как же чудесно!
- Ты хочешь отдаться ему? – спросила Уизли, смотря прямо в глаза подруге.
- Да, но я боюсь, - ответила Гермиона. – Я не знаю почему. Просто срабатывают какие-то инстинкты. Я знаю, что люблю его, но почему-то он... его тело, оно пугает меня. Не знаю, - совсем запуталась Гермиона. Поставив локти на колени, она схватилась за голову.
- Ты помнишь, я тебе говорила, что Гарри меня приучал к своему телу? Так и тебе тоже стоит это попробовать, - сказала Джинни. – Исследуй его, - хихикнула девушка, - тебе же нравится наука. И не бойся экспериментировать.
Гермионе вдруг вспомнились самые яркие моменты ее сновидений, где она в мельчайших деталях изучает его тело. Энергетическая дрожь в момент пробежала по позвоночнику. Девушка выпрямилась в кресле.
- Да, ты права, я так и поступлю.
- Поверь мне, нет ничего страшного в том, что ты боишься перед первым разом. Это нормально. Скорее ты боишься не его, а той боли, которая бывает при первом разе, - скептически заметила Джинни.
- Когда это ты стала экспертом по таким делам? – подивилась Гермиона познаниям подруги.
- Я много читаю, - немного уклончиво.
- Что ты читаешь? - хихикнула девушка, - порно журналы?
- Ну, и это тоже.
- Магловские?
- Ты, что думаешь, в магическом обществе такой ерунды нет? Есть. Хм. Кстати, а этот таинственный ОН ни одна из причин, по которой ты не едешь с нами? – девушка вопросительно приподняла одну бровь.
Не было смысла лгать теперь, потому Гермиона ответила:
- Да, одна из главных.
- Тогда понятно. Но мне, казалось, что все ученики разъезжаются по домам на каникулы и никого кроме учителей в замке не будет, ну и кроме тебя. – Девушка выглядела озадаченной.
- Ну, видимо ты ошиблась, - с улыбкой проговорила подруга.
- Скажи хоть с какого он факультета? – девушке было ужасно любопытно.
- Нет, если я скажу, то ты сразу его вычислишь, - покачала головой гриффиндорка.
Девушки еще немного поболтали. Потом Джинни ушла в Гриффиндорскую башню, а Гермиона так и осталась размышлять о том, что рассказала подруга.
«Изучить», - девушке даже понравилась эта идея.
Вдруг огонь в камине перед ней запылал изумрудным пламенем, и в следующее мгновение перед ней остановилась высокая темная фигура.

* * *
Весь день Северус был как на иголках, ему было очень плохо. Он не оправдал доверие Гермионы. Он обещал, что не прикоснётся к ней, и уже практически нарушил запрет. Боже, он так испугался, когда она оттолкнула его, в ее глазах был страх. Она боялась его! Он опять оказался предателем. Только на этот раз всего лишь не смог справиться с эмоциями.
Когда Гермиона обняла его, она прижалась так близко, как никогда раньше не позволяла себе. И он понимал, что она немного попривыкла к нему, и вот он был шажок доверия. Когда она провела руками от его спины до груди – это стало как сигнал его гормонам, которые мгновенно взыграли. Возбуждение накатило так внезапно, что Северус на какие-то доли секунды потерял голову.
Он думал, что уже научился сдерживать себя в ее присутствии, но это было не так. Она проявила инициативу, и где-то в подсознании у него зажёгся зелёный свет.
И вот теперь он мучается.
«Ну, почему, всё должно быть так? Почему она боится меня?»
«Потому что ты в два раза старше ее, дурак!»
Это действительно часто угнетало мужчину. Гермиона в дочери ему годилась, потому он ощущал себя растлителем малолетних. Это было одной из причин, почему он не позволял себе лишний раз прикасаться к ней.
«И как вообще можно тебя не бояться. Живёшь под землей, ходишь всегда угрюмый, злой, страшный. Как она вообще тебя полюбила?» - продолжала внутренняя язва.
«Она сказала, что я не такой уж и страшный», - вяло, возразил Северус.
«И за это ты накинулся на нее утром. Вот старый дурак!»
«Нет! Я не хотел ей зла. Я просто хотел немного близости, немного человеческого тепла. Я не изнасиловал бы ее, нет никогда!»
Противный голосок ничего не ответил, потому что это была правда.
Мысли всё равно атаковали его разум. Вдруг теперь она больнее к нему не подойдёт. Мужчина с ужасом думал об этом. Вдруг она больше никогда не доверится ему. Северус практически паниковал. Такая ситуация была в новинку для него, он не представлял, что делать и как попросить прощение, ведь она избегала его весь день. Он приходил в библиотеку, и долго сидел там, надеясь, что она придёт. Но она не приходила. К ней в башню он зайти не мог, не нужно было привлекать внимания.
Северус вошёл в свои комнаты и прикрыл дверь. Естественно было ещё куча способов связаться с ней. Мужчина подошёл к камину. Не напугает ли он еще больше, появившись в ее комнатах без разрешения. Но неизвестность приговора, что она ему вынесла, заставляла его страдать.
Он взял с каминной полки летучий порошок и кинул щепотку в камин. Через несколько секунд он стоял в совершенно незнакомой гостиной. В кресле сидела она, совершенно спокойно наблюдая за его вторжением в ее владения.
- Не вежливо врываться в чужие владения, профессор, - ровным голосом заметила она, смотря на него снизу вверх.
Северус молча смотрел на нее.
Гермиона знала, зачем он пришёл – извиниться, это было видно по выражению его лица. Но он не находил слов, или никогда прежде не делал этого. Он наверняка промучился весь день, думая, что она решит бросить его.
Девушка протянула к мужчине одну руку. Он мгновенно отреагировал. Взяв ее руку, профессор опустился перед ней на колени.
- Северус, я должна извиниться перед тобой. Это я не разумно веду себя с тобой, а не ты. Ты делаешь все правильно. Твои реакции на меня, подтверждают твою любовь. Это я не справедлива к тебе, - спокойно проговорила Гермиона, сжимая его руку. – Прости, меня, пожалуйста. Я еще слишком неопытна в таких вещах.
Северус был так поражён словами девушки, что не сразу понял, что она сказала. А когда понял, то ему стало легче дышаться, она не считает его домогателем или предателем. Много эмоций вызвали слова девушки, в которых мужчина еще сам не мог разобраться.
Он притянул ладошку девушки к губам и целовал.
- И ты прости меня, я не смог сдержаться. Ты очень сильно действуешь на меня,... как наркотик.
Заметив ее улыбку, он тоже улыбнулся.
- Я хочу решить эту проблему, Северус, - проговорила девушка, с интересом рассматривая мужчину. – Мне посоветовали одну очень интересную вещь.
Северус сначала не понял, что это девушка на нем такого рассматривает. Он даже подумал, что с его одеждой что-то не так и начал осматривать свой внешний вид.
- Что-то не так с одеждой? – оглядывая мантию, спросил он.
Девушка, как-то странно хихикнула и, поймав обеими ладонями его лицо, заставила мужчину посмотреть на нее. Он был немного удивлён.
- Закрой глаза, - попросила она, - не открывай, чтобы не происходило, доверься мне.
Северус покорно закрыл глаза. Он доверил ей своё сердце, что может быть серьёзнее этого.
Гермиона склонилась к его лицу. Двумя большими пальцами она разгладила напряжённую морщинку на лбу и между бровей, потом коснулась там губами.
- Расслабься, не волнуйся, - прошептала она.
- Я волнуюсь...?! – попытался возмутиться он.
- Северус, - прервала она.
Он замолк, но расслабился.
Девушка коснулась губами прикрытых век, потом коснулась хищного носа, щёк, проложила дорожку из лёгких поцелуев от правого виска до подбородка. Потом тоже самое от левого виска. Она тщательно изучала черты его лица, запоминая не образно, а по прикосновениям. Девушка почувствовала, как брови мужчины поползли вверх. Он был крайне удивлен поведением любимой. Руки Гермионы блуждали где-то в его волосах.
- Можно спросить, что ты делаешь? – непонимающе спросил он.
С закрытыми глазами и двигающимися в различных жестах бровями, он выглядел так мило. И как она может бояться его?
«Вот я глупая».
Девушка улыбнулась.
- Я изучаю тебя, - проговорила девушка. – Тебе не нравится? – она поцеловала его чуть повыше виска.
- Да, нет. Просто это немного странно, - проговорил он.
- Мне посоветовали, одну проверенную методику, так что придётся потерпеть, дорогой.
- Если тебе это надо, то, пожалуйста. Мне приятно, что ты делаешь, - ответил Северус, опять забавно перестроив брови.
Гермионе это так понравилось, что она, поймав пальчиком одну бровь, погладила ее. Исследования девушки продолжились.
Девушка поднялась с кресла и, обойдя мужчину сзади, опустилась около него на колени. Её руки опять зарылись в тёмных волосах. Они были чистые и шелковистые. Несмотря на обильность уроков, профессор находил время, чтобы часто приводить себя в порядок. Гермиона знала, что делается это всё только для нее. Девушка ухватилась за иссиня-чёрные прядки и легонько потянула к себе. Мужчина безропотно повиновался ей.
Отчего-то Гермионе в голову пришла мысль, что вот, чего она хотела от него. Она хотела держать контроль над ним. На подсознательном уровне, она боялась насилия над собой. Она боялась, что он не сможет контролировать себя и сделает ей больно. Она любила его бесспорно, но чувство неизвестности, всегда пугало человека. Она верила, что он не хочет сделать ей больно, она знала это, чувствовала. Но она не боялась... Это были ее страхи, глубокие и затаенные.
«Чему же ты не доверяешь? Не ты ли говорила, что любовь строится на доверии и взаимопонимании», - врезался язвительный голосок Рона.
Девушка поцеловала лоб мужчины, погладила его по волосам.
«Да, я говорила, и я не отказываюсь от своих слов. Я верю, ему и если он уверен в себе, когда мне нечего бояться».
Какое-то время она продолжала играть с его волосами, всё глубже уходя мыслями в себя. Но одна мысль вывела ее из этого состояния.
- Северус, у тебя когда-нибудь были связи с женщинами? – спросила она, наблюдая за реакцией мужчины.
Мастер Зелий, убаюканных лаской девушке, от подобной фразы вздрогнул. Гермиона почувствовала, как он напрягся.
- Были, но не такие, как мне хотелось бы, - ровным ничего не выражающим голосом проговорил он и открыл глаза.
- Если я тебя попрошу, ты расскажешь мне? – осторожно спросила она, убирая с его лица соскользнувшую прядку.
- Гермиона... – видно было, как сильно он заволновался. Мужчина выбрался из тёплых объятий гриффиндорки и сел, закрыв лицо руками. – Зачем ты хочешь это знать? – спросил он, его голос был прохладным.
Она чувствовала, что, то о чём она спросила, так или иначе, касается его тёмного прошлого, которое он так ненавидел. Девушка хотела помочь ему. Она коснулась его плеча. Он вздрогнул и сбросил ее руки. Такая реакция не впервые для Гермионы. Когда в прошлый раз он рассказывал о тех заданиях, что поручал ему Волан-де Морт, то отсел от девушки, как можно дальше и не позволял к себе притрагиваться. Она тогда не возражала. Ему было очень трудно вспоминать всё это.
Гермиона не стала больше прикасаться к нему, понимая его состояние.
- Прости, Северус, я не хотела, чтобы все так вышло, - уныло проговорила девушка. – Уже второй раз за день, я совершаю такие опрометчивые поступки.
- Здесь нет твоей вины. Не ты виновата, что у меня такая прошлая жизнь, - ответил мужчина, убирая руки от лица.
- Я не хочу в будущем делать тебя больно, - проговорила девушка.
- Просто не спрашивай меня об этом.
- Я думаю, что тебе стоит рассказать мне все, тогда не будет таких ситуаций...
- Нет! – отрезал он.
- Тебе самому станет легче.
- Нет, я сказал, - начал злиться он.
Гермиона поднялась на ноги.
- Ты не можешь всю жизнь прожить с таким бременем на шее!
- Ты не представляешь, что значит всё это вспомнить! – зарычал он. – Всколыхнуть всё, что я тщательно пытался закопать в памяти все эти годы.
- Закапывая, их ты только делаешь себе хуже...
- Гермиона, я знаю, что я делаю.
- Северус...
- Откуда тебе знать каково это быть убийцей и насильником! – вскрикнул он, тоже поднявшись на ноги.
От повышенных нот его голоса и от осознания того, что он сказал, Гермиону пробрал холод. Её глаза остекленели, дыхание перехватило.
«Еще и насильник?»
Она прикрыла глаза из-за испытываемого шока, голова немного кружилась.
«Насильник. Это Тёмный Лорд заставил его. Другого быть не может. А если может?»
Сердце, казалось, проваливалось куда-то в небытие. Девушка задрожала.
- Гермиона... – испуганный голос вывел девушку из ступора.
Северус стоял около нее, его рука была на уровне ее лица. Он хотел прикоснуться к ней, но боялся. Снейп виновато и боязливо смотрел на нее. Мужчина испугался ее реакции. Гермиона не открывала глаза, кожа ее лица побелела.
«Чёрт возьми, что ты наделала, Северус?» - сердце больно кололо. Шок, казалось, сковал и его.
Гриффиндорка открыла глаза:
- Это ведь он заставил тебя совершить насилие над женщинами? – бесцветным и немного холодноватым голосом проговорила Гермиона, в упор, смотря на него.
Мужчина хотел отвести глаза. Девушка поняла, что он опять хочет начать самообвинительную речь. Она схватила его за предплечья.
- Ответь мне только да или нет, - потребовала она.
- Да, - твердо сказал он.
Она несколько секунд всматривалась в его глубокие глаза, в которых опять всплывала печаль, потом спокойно скользнула к его груди и переплела руки за его спиной. Она чувствовала, как неспокойно вздымается его грудь, но он явно успокаивался.
- Северус, мне всё равно, что было в твоём прошлом. Меня интересуешь ты настоящий, и я хочу, чтобы ты был счастлив. Ты слышишь, счастлив, в полном смысле этого слова, - проговорила она, чувствуя его дрожь. – Я не хочу, чтобы ты угнетал себя своими ошибками. То, что ты сейчас делаешь: рискуешь своей жизнью для Ордена, добываешь информации во вражеском лагере, которая спасает многие человеческие жизни – этого вполне достаточно, чтобы искупить грехи. Поверь мне. Возможно, ты считаешь меня еще девчонкой, но я опираюсь на свою бесспорную логику, которая аналогична твоей. Только я могу наблюдать это без груза на плечах. – Она ощутила, как его руки тоже сплетаются у нее за спиной, и прижимают к себе.
- Гермиона, - сипло проговорил он.
- Северус, пойми меня. Я готова сделать для тебя всё, что угодно. И я хочу освободить тебя от боли и страха, которые каждую ночь преследуют тебя в кошмарах. Ты думаешь, я не замечаю этого по твоему виду? Раньше я этому не придавала значения, потому что не знала всей правды, что ты мне рассказал. Но теперь я знаю. Ты уже двадцать лет убиваешь себя! Сам, без чьей-либо помощи. Но теперь ты не один, и ты не имеешь права губить себя. Потому что тем самым убьёшь меня.
- Девочка моя...
- Я люблю тебя, помни об этом, мой дорогой Северус.
- Мой ангел, - он сжал объятья так сильно, что у девушке дыхание перехватило, но так же быстро он и отпустил ее. Мужчина посмотрел Гермиону в глаза. – Ты просто не представляешь, как я тебе благодарен за эти слова.
- Я представляю, Северус. Я помогу тебе.
- Спасибо. Я молю бога, чтобы ты не передумала, когда я буду рассказывать обо всём.
- Ты можешь не делать это сейчас, я подожду, пока ты ни будешь готов, - согласилась девушка.
- На каникулах... я расскажу тебе всё на каникулах, - проговорил он, дотрагиваясь пальцами до ее щеки. Потом, склоняясь прямо к ее лицу, он нежно поцеловал девушку.
Она снова прижалась к нему. Так здорово было просто любить, особенно этого мужчину. Она сможет помочь ему с его страхами, а он ей с её.
- Я счастлив, Гермиона, только потому, что ты находишь такие замечательные слова, - проговорил Северус позднее, когда они сидели в кожаном кресле. Девушка, пригревшись в его руках, сидела у него на коленях, прижавшись к его груди.
Мужчина поглаживал девушку по волосам и спине, оттого Гермиона постепенно начала засыпать. Она чувствовала ту безвременную защищённость и мир, находясь в его объятиях, чувствуя тепло его тела, и слышала стук его сердца. Она чувствовала ритм и вслушивалась в звучание этого жизненного органа. И ей хотелось прикоснуться к нему, ощутить силу его удара, хотелось защитить его, заставить биться вечно.
«Я сделаю все, и ты никогда не остановишься. Я обещаю тебе. И умру за тебя, если понадобится», - пообещала она.
Опять под ложечкой неприятно засосало, по спине побежали мурашки.
Но разум девушки был слишком загружен, чтобы обдумать эти непонятные ощущения.
Убаюканная ласками мужчины, она заснула. Северус еще несколько долгих минут любовался ее прекрасным лицом, чувствуя внутри невероятный подъём. Была так хорошо на сердце и светло на душе. То, что она сказала ему сегодня, он ждал очень долго, и очень мучительно. За эти слова и любовь он продал бы душу дьяволу. Невероятно, что девочка способна настолько понять его, словно не было ей семнадцати лет. Она выражалась как его ровесник.
Северус улыбнулся своим счастливым мыслям и, склонившись, коснулся губами ее лба. Девушка пошевелила, но не проснулась, а лишь сильнее прижалась к нему. Он положил подбородок ей на макушку и прикрыл глаза. Нужно было подумать, как рассказать девушке то, что он совершил, когда-то. Но теперь он не боялся так сильно ее реакции. Она поймёт, он это знал. Мужчина еще раз улыбнулся. Она – это то, что невозможно потерять. Гермиона его и только его. Его любовь, его надежда, его жизнь и смерть. И будет так всегда.
Кто в Хогвартсе мог хотя бы помыслить, что Самый Строгий, Самый Ужасный профессор и декан Слизерина, всей своей сущностью, душёй и сердцем, принадлежал Гриффиндорской девочке. Но так было, и никто об этом не знал, кроме, конечно, Гарри Поттера, который сейчас мирно спит... И еще одного человека. Рональд Уизли сидел у себя на кровати в общей спальни, занавесив полог. Он был зол. Одна единственная девушка, которой он доверился, предала его. Он слепо ненавидел ее и вынашивал план мести. Как же это не характерно для гриффиндорца...


Иногда бываю милой, Очень милой. Но порой становлюсь жестокой и злой на столько, на сколько сама этого захочу!
 
ljnkzncvДата: Суббота, 05 Апрель 2008, 18:09 | Сообщение # 20
Группа: Удаленные





Глава № 12
Маленькая игра

Настроение было просто превосходное. После вчерашнего разговора с Северусом, Гермиона успокоилась и окончательно перестала бояться «такой» близости с мужчиной. Девушку даже смущала мысль о своем поведении с ним вчера, когда она в панике убегала с Астрономической башни. Она ощущала себя такой глупой и не доросшей до высоких отношений. Ей оставалось удивляться, что профессор стерпел всё это. Хотя если любит, то будет терпеть любые ее капризы.
Гермиона пообещала себе, что подобное больше не повториться. Сидя сейчас в своём кресле около камина и ожидая рассвета, она с трепетом вспоминала, как вчера он был нежен с ней. Вчера она уснула у него на руках, а сегодня утром, проснувшись, обнаружила себя в кровати, переодетую в пижаму. Возможно, Гермиону это смутило, но самую малость. Её разум занимала лишь мысль, о том, сам ли он ее переодевал, или с помощью заклинания? Повеселев от этих размышлений, хорошее настроение девушки растянулось на весь день.
После обеда девушка с улыбкой спускалась в подземелья на ЗОТС в компании Гарри. Юноша видя, хорошее настроение Гермионы даже не спрашивал, что послужило тому причиной, догадываясь какой будет ответ. Конечно, юного Поттера сбивал с толку выбор девушки, но, так как он любил ее, гриффиндорец не высказывался больше против Мастера Зелий. По крайней мере, до тех пор, пока Снейп не начинал доводить парня.
Гермиона знала правду «ненависти» Северуса, но хранила эту тайну. Любимый был дороже ей, чем кто-либо другой. Какой бы виноватой она себя не чувствовала от этой мысли.
Юноша весело рассказывал о том, как они вчера с Симусом, Дином и Невилом пробрались на кухню, за пропущенным десертом, и как на обратном пути удирали от Филча, перехитрив того и спрятавшись за одноглазой ведьмой, на третьем этаже.
- Чего же вас понесло, на ночь глядя за добавкой? – девушка знала, что парням просто захотелось повеселиться.
- Давно не попадались твоему драгоценному, - тихо произнес парень, наклонившись к девушке.
- Да, что ты! - она толкнула его.
Парень захихикал.
Позади, послышались быстрые шаги. Гермиона обернулась.
Голубые глаза блеснули в темноте. Тьма расступилась при приближении фигуры к факелу. Рыжие волосы странным образом были приглажены и выглядели каштановыми, лицо вытянутое и бледное. Круги под глазами, казалось, вжились в лицо юного Уизли. Рон совсем изменился, как внешне, так и внутренне.
Гарри, заметив взгляд девушке, тоже остановился. Уизли тоже замер.
Странно, раньше при встрече в коридоре или на уроках они старались не замечать друг друга, но сейчас, словно молния ударившая в одно и тоже место – они замерли в немом молчании. Рон непосредственно смотрел на Гарри. Гермиона смотрела на шатена в упор, пытаясь понять, что можно ожидать от него.
- Тебя ищет Дамблдор, - монотонно сказал Уизли. – Он ждёт тебя сейчас в своём кабинете.
Гарри подозрительно прищурил глаза. Рон невозмутимо смотрел на бывшего друга.
- Спасибо, Рон, - проговорил Гарри.
- Тебе лучше поспешить, потому что он куда-то собирался, - проговорил Уизли, на этот раз, переводя взгляд на девушку.
Гермиона заметила, что глаза у него тоже немного поменяли свой цвет и утеряли былой блеск.
- Идём, Гермиона, я скажу учителю, что задержусь, - сказал Гарри, беря девушку за запястье и ведя за собой.
Гриффиндорка видела, как глаза бывшего друга странно вспыхнули. Рон стоял на месте, не следуя за ними. По спине Гермионы побежали мурашки. Рон стал таким тёмным и опасным.
Они вошли в класс, Гарри отпустил ее руку только, когда они остановились около их рабочей парты. В классе еще было мало человек. Профессор сидел за своим столом, читал книгу и незаметно наблюдал за вошедшей парой.
- Гермиона, тебе следует быть осторожнее, - начал Поттер. – Рон ужасно изменился и не в лучшую сторону.
Девушка села за парту и начала приготавливаться к уроку, парень стоял напротив нее.
- Возможно, я не приду до конца уроков. Будь осторожна, выходя из подземелий, - тихо продолжал Гарри наставительным голосом.
- Не волнуйся, Гарри, я смогу за себя постоять, - заметила девушка, листая тетрадь по трансфигурации и убирая ее обратно в портфель. – Иди не заставляй директора ждать.
- Я могу попросить кого-нибудь проводить тебя до Большого зала после Защиты. Невила, например, или Дина?
- Перестань, Гарри, мне не нужна охрана! - рассерженно и немного смущённо проговорила девушка.
Гарри смотрел на девушку, теребя пуговицу на мантии и закусив губу. Гермиона выложив все нужные книги, посмотрела на юношу. Заметя беспокойство друга, она взяла его за руку и проговорила:
- Не беспокойся, я справлюсь.
Она улыбнулась парню.
Дверь в класс совершенно беззвучно открылась, и в нее вошёл Рон, как раз, чтобы увидеть подобную сцену. Сначала парень замер, смотря на Гермиону державшую Гарри за руку, но потом, опомнившись, проследовал к самой последней парте, в самый тёмный угол класса.
Гермиона почувствовала холодный взгляд Уизли, но не повернулась. Гарри, казалось, не заметил появления Рона.
- Иди, скажи профессору Снейпу, что тебя не будет на уроке, - проговорила девушка.
- Гермиона, может мне ему сказать, чтобы проводил тебя?
- Гарри!
- Ну, ладно, ладно, - немного улыбаясь, согласился парень. – Будь осторожна.
- Конечно, братец, - лукаво улыбнулась девушка.
Вот тут-то она почувствовала на себе уже другой взгляд – обжигающий. Немного повернув голову, Гермиона заметила, как на нее исподлобья, смотрят два тёмно-карих глаза. Девушка сделала невинные глазки и, извиняясь, улыбнулась мужчине. Северус пару секунд рассматривал девушку, потом, успокоившись, опустил глаза обратно в книгу.
- Ревнует? – одними губами прошептал Гарри, весело смотря на девушку.
- Он мне доверяет, - гордо ответила Гермиона.
Гарри хмыкнул и, кивнув, направился к учительскому столу. Северус не оторвался от книги, даже когда юноша остановился около его стола.
- Сэр, я не буду присутствовать на уроке. Профессор Дамблдор...
- Да, Поттер, можете идти. Директор обо всём сказал мне, - проговорил Северус, пальцем задев какой-то пергамент у себя на столе. – Но это не освобождает вас от домашней работы. Позаботьтесь, узнать ее. – Больше профессор ничего не сказал.
Гарри, немного понаблюдал за выражением лица преподавателя, затем вздохнул и направился на выход из класса.

Урок начался пятнадцать минут назад. Профессор рассказывал о тёмном заклинании, способствующем несвёртываемости крови и – тому, как можно спасти человека подверженного такому заклинанию.
- Sanguinem supprimere – это заклинание, которое поможет вам, если вы будете находиться под действием такого заклятия и поранитесь, - говорил Снейп. – Во времена Гриндевальда, заклинание «Белой смерти» было очень популярно среди тёмного населения.
Гермиона пыталась очень внимательно слушать Северуса, но постоянно сверлящий ее голову взгляд отвлекал ее. Еще пол часа девушка терпела, но когда поняла, что половина лекции удачно пропущена, то не выдержала и повернулась в сторону Уизли. Рон смотрел прямо ей в глаза. Гермиона презрительно прищурилась. Взгляд парня стал злобным, черты лица на несколько секунд исказились в каком-то зверином образе. Девушка ничуть не дрогнула от такой открытой ненависти. Она лишь усмехнулась, пытаясь сказать ему, что ее совершенно не пугает его показная злость.
Глаза парня еще больше потемнели от злости. Он так сильно сжал перо, что оно разломилось напополам.
- ... а также, мисс Грейнджер, объясните причину такого действия заклинания? – прервал негласную борьбу голос профессора.
Гермиона повернулась в сторону учителя и замерла. Снейп стоял около ее парты и строго смотрел на нее. Девушка с нарастающим ужасом поняла, что абсолютно не знает, о чем до этого говорил Снейп.
- Ээээ... Вы не могли бы повторить ваш вопрос, сэр? – смущенно попросила она.
- Конечно, мисс Грейнджер, - елейным голосом произнёс профессор, холодно смотря на нее. – Но вы уже потеряли пять баллов.
Честно говоря, девушку немного задел этот разочарованный взгляд.
«Может он злиться, из-за того, как я повела себя с Гарри, - рассеянно подумала она, но голосок разума сразу толкнул своё. – А может, потому что хочет донести до тебя, что в каких бы ты отношениях с ним не состояла, ты остаёшься его ученицей, и потому ты должна слушать его на уроках, а не решать свои проблемы».
Гермиона знала, что думает правильно, потому начала злиться, что клюнула на уловку Уизли.
«Отчасти ты права, моя дорогая», - раздался голос в ее голове.
Гермиона от неожиданности сильно вздрогнула.
«Северус!?»
«Ты еще кого-нибудь ждала?» - насмешливый, но добрый голос.
«Что ты делаешь у меня в голове?»
«Хочу с тобой поговорить. Подыграй мне. В гостиной Слизерина ходят слухи о наших с тобой отношениях. Я хочу пустить их по ложному следу».
«Конечно, Северус».
Гермиона задумалась.
- Мисс Грейнджер только не говорить, что и сейчас вы прослушали, - с негодованием проговорил профессор.
Девушка мастерски покраснела.
- Простите, сэр, - пробурчала она.
Северус покачал головой, поджав губы. Слизеринцы захихикали, гриффиндорцы на них злобно скосились – атмосфера в классе накалилась.
- Тихо, - прошипел профессор.
- О чём же таком вы думали, мисс Грейнджер, что пренебрегли вниманием ко мне, единственному человеку на которого оно должно быть направленно в течение всей лекции? - это явно был двусмысленный вопрос.
Высокомерие и презрение на его лице заставили ее гордость на какое-то время забыть о своей взрослости и возмутиться. Если учесть, что он этого и ждёт... Нужно было сказать что-нибудь эдакое.
- Я размышляла о том, согласиться пойти на бал с Малфоем или с Дином Томасом, - выпалила девушка.
Соврала и даже не покраснела, все же слизеринская натура в ней доминирует. Дина она вспомнила из разговора с Гарри, а Малфоя приплела, чтобы позлить Пенси Паркинсон.
Брови Северуса поползли вверх.
- Да, неужели, и как выбрали? – притворно дружелюбно поинтересовался профессор.
- Нет, еще не решила, - проговорила девушка. – Если учесть, что у меня еще около двух сот писем с приглашениями от всего мужского населения Хогвартса, то выбор этими двоими не ограничивается.
- Почему вы решили, что мой урок самое подходящее место, чтобы думать о таких вещах? – сердито проговорил Снейп.
Гермиона краем глаза заметила, что девушки, находившиеся в классе, после ее слов сразу зашушукались, парни напряглись. Повернув немного голову, девушка увидела побледневшее лицо Драко, который во все глаза смотрел на нее.
Профессор переместился, тем самым, загородив Малфоя.
- Может быть, вы обратите на МЕНЯ внимание! – злился он. – Никогда не думал, что вы настолько неуважительны!
- Простите, сэр, - проговорила Гермиона, виновато опуская глаза.
Профессор хотел сказать еще что-то, но негромкий хлопок, отвлёк его. Он обернулся на звук. На учительский стол опустился небольшой листочек. Северус развернулся и подошёл к кафедре, взяв пергамент, быстро пробежал по нему глазами. Гермиона следила за ним, как и весь класс.
- Открывайте параграф этой темы и начинайте конспектировать. Домашним заданием вам будет – прочитать как можно больше о проклятье «Белой смерти», - поворачиваясь к классу, проговорил профессор. – Не думаю, что в библиотеке вы много найдете, хотя кто знает, - недобро хмыкнул он. – Я надеюсь, вам хватит ума не шуметь в моё отсутствие, и не разнести класс тоже, - здесь уже он грозно сверкнул глазами в сторону гриффиндорцев.
Повисла гробовая тишина, все с удивлёнными лицами уставились на учителя. Тот невозмутимо обвёл класс насмешливым взглядом.
- Чего вы ждёт, начинайте работать! – прикрикнул профессор. – И да, мисс Грейнджер, тридцать баллов с Гриффиндора за вашу невнимательность на уроке и еще двадцать за неуважение к профессору, - он блеснул глазами и направился к выходу из кабинета.
Когда дверь за учителем закрылась, класс сразу же зашумел. Всех удивило, что Снейп в кой-то веки оставил кого-то в своём кабинете, притом целый класс гриффиндорцев!
Гермиона тоже заволновалась, но не по этому поводу. Ей хотелось подойти к столу Северуса и взглянуть, что же там было в этой записке. Она подняла голову и посмотрела на его стол.
«Ну, конечно, глупо было думать, что он вот так просто оставит ее на столе, в целом классе любопытных студентов!» - подумала девушка, рассматривая пустую кафедру (исключая несколько учебников и перьев на ней ничего не было).
Она догадывалась от кого это послание. От Дамблдора, конечно. Гарри ведь он тоже вызвал.
- Интересно, Грейнджер, когда это Драко предложил тебе пойти с ним на бал? – услышала Гермиона у себя за спиной ядовитый голос Пенси.
Гермиона, раскрывшая учебник и собиравшаяся начать читать параграф, развернулась к слизеринке. Та смотрела на нее словно бык на красную плащаницу, только красных глаз не хватает и серьги в носу. Гриффиндорку это повеселило.
- Почему бы тебе не спросить об этом самого Драко, - сказала Гермиона и перевела взгляд на Малфоя.
У парня был такой вид, словно он хотел залезть под парту. Гермиона сделала настойчивый взгляд и улыбнулась ему. Девушка не была уверена, что всё получится и Драко поймёт ее действия.
- Пенси, я предложил это Грейнджер еще, когда ты злилась на меня, - проговорил парень, отодвигаясь от подруги.
Паркинсон покраснела от злости и свирепо посмотрела на блондина.
- И ты сразу метнулся к ней!?
Малфой промолчал.
Гриффиндорцы захихикали.
- Гермиона, - услышала девушка своё имя сзади.
Повернувшись, она заметила покрасневшее лицо Дина.
- Откуда ты знаешь, что я хотел пригласить тебя?
Девушка нагнулась поближе к парню и на ухо тихо сказала:
- Я сказала всё это, чтобы позлить слизеринцев.
Дин несколько секунд сидел без движений, покорённый такой близостью девушки. Слова с трудом просочились в его одурманенный разум.
- Дин, ты чего? – удивилась девушка.
Парень еще больше залился краской.
- Ой, извини, - Гермиона поняла, что наделала.
- Ничего, ничего, - хрипловатым от смущения голосом проговорил юноша, пряча лицо в ладонях.
«Неужели я на всех такой эффект произвожу? – удивилась девушка. – Бедный Северус, наверно ему еще труднее». – Внезапно поняла она.
Тем временем ссора между Драко и Пенси набирала обороты. Паркинсон вскочила с места и уже дичью орала на юношу, ей оставалось только крыльями захлопать, как клуше, у которой похитили яйца. Малфоя, кажется, разозлило, что на него вот так просто орут. Он тоже поднялся на ноги и с грозным взглядом воззрился на несдержанную подругу, которая своими ссорами уже порядком надоела ему.
- Пенси, если ты сейчас не замолчишь, то можешь ко мне больше не подходить, - спокойно, но угрожающе проговорил Малфой.
Девушка сразу замолчала, закрыв ладонями рот, в глазах заблестели слезинки.
- Что ты сказал? – сиплым голоском переспросила девушка.
- О наших с тобой ссорах уже весь Слизерин судачит, а теперь и Гриффиндор будет. Не пойму чего ты добиваешься? Чтобы весь Хогвартс о нас знал! Мне надоело все это.
«Толи мне показалось или эту манеру холодного разговора он перенял у Северуса?» - подивилась Гермиона, наблюдая за парой.
Пенси вся съёжилась и загнанными глазками смотрела на Драко. Тот холодно отвечал ей.
- Если Грейнджер хочет пойти со мной, то я согласен, - эта фраза повергла Гермиону в шок.
- Нет, Драко, не бросай меня, - захныкала Паркинсон, бросаясь к Малфою, в попытке обнять его.
Драко холодно отстранил от себя девушку и, обойдя парту, подошёл к оцепеневшей Гермионе.
«Вот чёрт, и что же делать?! Ну, спасибо, Северус, твой чудесный план, просто... Ух, даже слов не могу подобрать».
Парень, остановившись около гриффиндорки, присел на корточки. Он улыбнулся ей, в его глазах опять зажглась надежда.
- Ну, что, ты верна своему слову, о, Прекрасная Гриффиндорка? – спросил он, немного склоняя голову набок.
«Да, он просто подражает Северусу!» - одновременно восхищаясь и возмущаясь, подумала девушка.
Она одарила его взглядом, говорящим о ее намерениях и удивилась, когда он также ответил ей. Он принял ее игру.
- Слизеринский принц всё же решился на первый шаг? – приподняв бровь, проговорила Гермиона.
- Думаю, принцесса не откажет ему, - он лукаво улыбнулся девушке, и так, чтобы видели все остальные, а в особенности Паркинсон, провел пальцами по голени девушки.
Гермиона услышала отчаянный всхлип. Когда она подняла голову, то увидела, как массивная дверь класса сильно стукается о стену, и Пенси, рыдая, выбегает в темноту подземелья. Несколько девушек последовали за ней.
Оглянув класс, гриффиндорка заметила, как некоторые с завистью смотрят на них с Малфоем. Она увидела пожирающего ее глазами Рона. Когда он заметил, что она перевела на него взгляд, то поднялся с места и, собрав вещи, покинул кабинет.
Вернувшись-таки взглядом к Драко, девушка заметила в его глазах усмешку.
Ей тоже стало весело играть.
- Конечно, Драко, я согласна, - проговорила она.
«В конце концов, это будет весело», - решила она.
Парень еще шире улыбнулся и, поднявшись с калений, взял девушку за руку, помогая тоже подняться.
- Пойдём, нам нужно поговорить, - сказал парень.
Гермиона была согласна с ним.
- Идем.
Девушка собрала вещи, Драко тоже, и пара вышла в коридор.

***
Северус вышел из кабинета Дамблдора. Директор рассказал Гарри и ему, что он уезжает, и, возможно, неделю его в школе не будет. Директор обнаружил еще один крестраж на острове. Причиной такой спешки со стороны старого мага был действующий вулкан на острове. Нет, гарантии, что вулкан не начнет действовать и одну из частей души Тёмного Лорда не зальёт лавой (которая для него абсолютно безвредна), тем самым, сделает его недоступной для поиска. Поттера старец вызывал, чтобы объяснить, чтобы парень никуда не высовывался от Уизли, когда поедет к ним на Рождество.
Снейп знал, что сам Дамблдор накладывал щитовое заклинание на дом Уизли. Поттер заверил директора, что не будет делать опрометчивых поступков.
Северус спустился в подземелья, чтобы посмотреть, что осталось от его класса, в материальном смысле. Звонок прозвенел еще 15 минут назад.
Опасения профессора были напрасны, класс был в полном порядке, и в нем никого не было. Вздохнув с облегчением, Северус направился на ужин. Пройдя по тайным ходам и открыв тёмную дверь, он вышел в светлое помещение Большого зала. Снейп оказался прямо около учительского стола. Сев на своё место, он заговорил с профессором МакГонагалл.
- Минерва, директор сказал вам, что уезжает? – спросил Северус. Снейп, конечно, знал, что МакГонагалл знала, она же была заместителем директора, но Северус хотел узнать, много ли Дамблдор ей рассказал.
- Да, его не будет всю неделю, - ответила МакГонагалл. – Он не говорил куда, но сказал, что это важно, - уточнила она.
- Много учителей остаётся в школе на каникулы?
- Многие уезжают, - задумчиво произнесла она. – Хотя я их не понимаю. Сейчас Хогвартс самое безопасное место.
- Их можно понять. Хотят побыть со своей семьёй.
- Странно слышать от тебя такие слова, Северус, - поразилась профессор Трансфигурации, смотря на мужчину, словно впервые разглядела его.
Северус если и смутился, то ничуть не показал этого. Он усмехнулся.
- Чем меньше народу, тем лучше для меня, - произнес он, изогнув губы в змеиной улыбку, которая очень даже шла ему, делая его загадочным.
Еще немного поговорив со старшим профессором, Северус перевёл взгляд на гриффиндорский стол. Через несколько минут мужчина понял, что Гермионы в зале нет.
«Опять пропускает ужин», - покачал он головой.
Потом он поискал Поттера. Его тоже не было в зале... Как и Рональда Уизли.
Мужчина начал волноваться, очень надеясь, что отсутствие Гермионы не связано с Уизли.
Тщательнее оглядев зал, он заметил, что Малфоя тоже не было за слизеринским столом.
«Куда они все запропастились?» - в сердцах подумал он.
В двери большого зала вошёл Поттер. Северус заметил его.
Парень задумчиво прошёл к своему месту за Гриффиндорским столом. Остановился. Кажется, он тоже заметил отсутствие подруги. Поттер спросил что-то у младшей Уизли, потом оглядел стол, взволнованным взглядом, что Северусу совсем не понравилось. Потом парень еще что-то спросил, но уже у парня, у Дина Томаса. Профессор видел, как глаза Гарри в ужасе расширились, когда парень что-то ответил ему.
В животе всё похолодело. Северус начал подниматься из-за стола, когда взгляд Поттера заставил его замереть на месте. Северус обалдело уставился на парня. Гарри смотрел на него с немым вопросом.
«Поттер знает», - он чуть не споткнулся, выходя из Большого зала, через туже дверь, что и входил.
Мужчина быстрым шагом устремился в подземелья, с предчувствиями чего-то нехорошего. Северус остановился в темной коридоре.
«Где я буду ее искать?»
Он закрыл глаза и предоставил волю своему чутью.
«Малфоя тоже не было в зале».
Мужчина развернулся и пошёл в сторону слизеринской гостиной.
До гостиной он добрался быстро. Бесшумно войдя в комнату, он услышал чьи-то голоса, и остановился в небольшой нише.
- Я рада, что ты согласился, Драко, - проговорила Гермиона.
- Да, без проблем. Мне приятно с тобой пообщаться, - произнес тихий мужской голос.
Северус сильно сжал зубы и кулаки. Малфой! Это был Драко Малфой!
- Вот только не понимаю, почему ты не хочешь со мной нормальных отношений? – недоумевая, произнес Драко, заставляя напрячься стоящего неподалёку профессора. – Чем я так тебе не понравился? Я думал, что вражда давно забыта.
- Конечно, дело не в ненависти, Драко.
- Неужели, я тебе ни капельки не нравлюсь? – низким голосом проговорил парень.
Северус сделал несколько шагов вперёд, чтобы посмотреть, что девушка и парень делаю.
Малфой очень близко подошёл к Гермионе. Сердце мужчины пропустило несколько ударов, дыхание перехватило.
Девушка приподняла голову и посмотрела на парня. Юноша еще приблизился.
- Ты нравишься мне, Драко, - проговорила она, заставив сердце Северуса оборваться и стремительно полететь вниз. – Но нравишься ты мне только как друг и не больше, - резко произнесла она, подальше отходя от парня.
Мужчина вздохнул, пытаясь начать дышать. Он прикрыл глаза, приводя мысли в порядок.
- Почему, Гермиона...
- Я люблю другого, - прервала она его. – Я прошу, не целуй меня, никогда, какая бы причина у тебя не была.
Парень явно расстроился.
- Не обижайся, Драко, - попыталась извиниться она. – Я могу принимать тебя как друга и могу понять твои дружеские прикосновения, но не больше. Ты понимаешь меня?
- Да, я понимаю.
Северус облокотился о стену и глубоко вздохнул.
«Спасибо, тебе, девочка, что не убила меня».
Он бесшумно оттолкнулся от стены и вышёл из гостиной Слизерина, он был уверен, что как никак, но с Малфоем Гермиона будет в безопасности. Драко не такой, как его отец, он намного лучше. Северус сам все эти семь лет воспитывал его.

***
Гермиона шла по коридору третьего этажа, обдумывая то, что сказала сегодня Драко и то, что он ей сказал. Парень хорошо понял ее замысел и поддержал ее. Ему самому хотелось проучить свою неугомонную подружку. Конечно, девушка заметила, как Малфой расстроился из-за невозможности их отношений, но относительно этого она не могла ему ничем помочь.
Гриффиндорка заметила, что парень как-то странно смотрит на нее и иногда усмехается. Она не стала задумываться, над этими странными причудами.
- Гермиона! – разнесся по коридору голос Гарри.
Девушка остановилась и обернулась.
- Где ты была? – озабоченный взгляд юноши сказал ей, что она кое-что забыла.
- Я гуляла, Гарри, только, пожалуйста, не спрашивай с кем.
- С Малфоем, - угрюмо проговорил Гарри.
- Уже, значит, знаешь, - хмыкнула Гермиона. – Тебе не сказали, что произошло на уроке? – спросила она.
- Нет, а что?
Девушка рассмеялась.
- Пойдём в туалет Плаксы Миртл, я тебе всё расскажу, - она утащила парня в туалет.
Гарри напряжёно выслушал ее. Когда она закончила рассказ, он сказал:
- Ты уверена, что Малфою можно доверять?
- Да, - ответила Гермиона, сложив руки на груди.
- Хм, - усмехнулся Поттер. – Кажется, все мои враги на тебя запали, может, выведаешь, где у них слабые места?
- Даже не мечтай, - наигранно серьезно изрекла девушка.
- Ладно, ладно. Кстати твой профессор пошёл искать тебя.
- Что!?
- Да, да. Думаю, сегодня тебя ожидает первая ссора, - на лице друга появилась нехарактерная слизеринская ухмылочка.
- Ну, конечно, размечтался.
Хотя на сердце стало нехорошо. Нужно найти Северуса.
- Я пойду, Гарри, - произнесла девушка мыслями уже в другом месте.
- Иди.
Девушка не пошла в Подземелья, сердце подсказывало ей, что стоит подняться на Астрономическую башню.

***
Толкнув тяжёлую дверь, девушка оказалась на смотровой площадке. Солнце практически село, алые лучи окрашивали снег на площадке в оранжевый цвет. Прикрыв рукой глаза, она попыталась осмотреться вокруг.
Темная фигура, обтекаемая лучами заходящего солнца, стояла на краю площадке, на ИХ привычном месте. Девушка улыбнулась и пошла туда, где стоял Северус. Прежде чем она успела подойти к нему, она услышала:
- С тобой всё в порядке?
Гермиона отметила, что его голос звучал мягко и добро, не намёка на укор.
Она подошла к нему, он почувствовал это и повернулся к ней. На его лице не было повседневной маски, он был самим собой. Глаза также добро поблескивали.
- Всё хорошо. Хочешь, я расскажу, что сегодня со мной приключилось?
- Конечно, хочу, - он поднял руку и нежно погладил девушку по щеке, в глазах блеснуло беспокойство. – С тобой, правда, всё в порядке?
Внутри девушки разливалась такая теплота, от этих заботливых слов мужчины, а внизу живота образовывался какой-то тянущий клубочек.
- Теперь со мной точно всё в порядке, - она улыбнулась.
Девушка подошла к нему еще ближе, распахнула его тёплую мантию и прижалась к его телу. Северус улыбнулся и сомкнул за ее спиной теплую одежду, при этом сильнее прижимая к себе.
Так они и стояли пока солнце не село.

 
Фанфики » Пейринг СС/ГГ » Фанфики » "Любовь невозможно обмануть"- ljnkzncv, СС/ГГ, Макси, не зак (СС/ГГ, Гет, Роман, Макси)
Страница 2 из 4«1234»
Поиск:

Наш опрос
Оцените сайт
Всего ответов: 91

Мини-чат

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Статистика

    Copyright MyCorp © 2017